Книга Попаданка 2, страница 94 – Нина Ахминеева

Я аккуратно прикрывала дверь, когда услышала встревоженный голос:

— Барышня, что-то стряслось?

Обернувшись, заметила няню. Она стояла на пороге своей комнаты, поправляя халат, накинутый на длинную сорочку.

— Ничего, — поспешила я развеять опасения женщины. — Заходила проведать брата. Днем никак не получается, хоть на спящего посмотрю.

— С Петенькой все хорошо. За него не тревожьтесь, — успокоила Мария, а потом проникновенно спросила: — Как вы себя чувствуете?

— Пойдет, — с неловкостью пожала плечами. Конечно, я догадывалась, что слуга рода знает о том, как госпожа ревела белугой на террасе.

— Иногда бывает, что жизнь испытывает нас, сбивает с ног. Да так крепко приложит, что, кажется, и вовсе не встанешь: горе затмевает разум, превращает день в ночь. Но, как ни странно, пережитая боль помогает видеть отчетливее, а страдания непременно переплетаются со счастьем. Даже желанного ребенка женщина рожает в муках, — старушка смотрела с безграничной мудростью. — На судьбу можно роптать, но и благодарить ее есть за что.

— Спасибо, — шепнула с признательностью.

— Доброй ночи, — улыбка тронула изрезанное морщинами лицо. Уважительно поклонившись, Мария грациозно для ее грузной фигуры и возраста удалилась в свою комнату.

Я же неспешно пошла на первый этаж. Почему-то именно сейчас слова няни обрели реальный смысл. Вполне вероятно, зерна истины упали в благодатную почву. Ладно, подумаю об этом позже.

Зайдя в столовую, внимательно оглядела накрытый на одну персону стол. Наставница пила чай, очевидно, не собираясь есть. Села на приготовленное для меня место и посмотрела на стоящую неподалеку повариху.

— Уже поздно. Ступай отдыхать, — попробовав суп из кальмара, довольно кивнула и похвалила: — Вкус непривычен, но мне нравится.

— Приятного аппетита, госпожа, — Луша поклонилась и вышла. Через несколько мгновений из холла послышался звук хлопнувшей двери.

— Съешь суп — поговорим, — строго предупредила наставница.

— Как скажешь, — не стала я спорить и взялась за ложку. Доев первое, отставила тарелку, пододвинула второе блюдо, подцепила вилочкой креветку. — Отлично, — отметила вслух. Немного поев, поняла, что больше просто-напросто не влезет. Промокнула губы салфеткой, сыто откинулась на спинку стула и наконец задала волнующий меня вопрос: — Рай, ты считала прошлое Иванова?

— Увы, не смогла. У него щиты непробиваемые. И они свежие. Наверняка поставил, разведав о моем даре, — Светлакова недовольно нахмурилась. — Попытку считывания он не распознал, а мое прикосновение под столом расценил как флирт. Ну, ты видела его реакцию.

— Угу, заметила. Теперь ясно, что там у вас стряслось. Жаль, конечно, что не вышло, — помолчав, я задумчиво сообщила: — При первой встрече Иванов выглядел иначе, гораздо старше, — голова почему-то стала неподъемной, после еды разморило, да и усталость брала свое. — Может, иллюзия?

— Точно нет, — Светлакова побарабанила идеально подстриженными ноготками по скатерти, нахмурилась. — Предположу, что этот Иванов mutato specie^[1], иного варианта не вижу. Подобное изменение внешности — дар столь же уникальный, как и мой. Я знаю о нем лишь потому, что специально читала про редкие способности.

— Он предлагал покровительство спецслужб, — я опустила отяжелевшие веки. — Сама лучше посмотри, — протянув руку, накрыла ладонь Раи своей. И не только из-за того, что было лень рассказывать. Еще намеревалась показать наставнице, вернее, уже подруге, что полностью ей доверяю.