Книга Попаданка 1, страница 136 – Нина Ахминеева

— Прямо как настоящее театральное представление, — изумленно прокомментировала Аня.

— Похоже, — согласилась я.

— Первым на расширенное тестирование приглашается дворянин Матвей Андреевич Кочетков, — прогремел по залу голос ректора.

Худенький темноволосый парень тотчас вскочил. Оправив пиджак, он нетвердой походкой поднялся на сцену и растерянно остановился.

— Матвей Андреевич, пройдите к считывающему устройству, встаньте лицом к залу, — предложил ректор.

Как только юноша разместился за «трибуной», к нему подошла женщина в строгом темно-сером костюме.

— Прошу передать все имеющиеся при вас артефакты,— прозвучал ее мелодичный голос.

— У меня ничего нет, — хрипло ответил парень.

— Отлично, — кивнула женщина и распорядилась: — Приложите правую руку к контуру и не убирайте, пока цвет не сменится на зеленый.

Кочетков опустил ладонь на «трибуну» и застыл, а женщина отошла ровно на три шага.

— Вот почему не показывают, что он видит⁈ — возмущенно воскликнула одна из моих одногруппниц.

— Не мешай, — одернула ее Аннушка.

В этот момент воздух вокруг первокурсника заколыхался, и над его головой появился ярко-желтый шар, внутри которого плавали какие-то символы и цифры.

Глядя на голограмму, сотрудница вуза сообщила:

— Дар трансформации металлов. Подвластная стихия — вода. Светлая сила, максимальный уровень — пятьдесят два процента.

Зал загудел, словно разом неодобрительно зажужжали сотни пчел. Не понимая, чем народ недоволен, я покосилась на всезнайку-старосту.

Поймав мой вопросительный взгляд, Аня, видимо, догадалась, что я хочу спросить. Вновь прижавшись ко мне плечом, она пояснила:

— Потенциал у Кочеткова на два процента выше среднего, но стихия одна. Для девушки-аристократки это просто отлично, а для парня-дворянина маловато.

— А сколько надо?

— Чем больше, тем лучше, — Аннушка озорно подмигнула и после уже серьезно добавила: — Четыре — это идеал для мужчины-аристократа, но чаще всего владеют двумя. А у простолюдинов, независимо от пола, способностей к управлению стихиями практически не встречается. Только у редких уникумов.

— Ясно. Спасибо.

Тем временем ректор произнес:

— Вы свободны, Матвей Андреевич. Следующей приглашается простолюдинка Ангелина Львовна Березкина.

В принципе ясно, как проходит тестирование. Действительно, ничего сверхъестественного. Осталось дождаться своей очереди.

— Ой, — Аня внезапно испуганно прикрыла рот рукой.

— Ты что?

— У тебя же артефакт! А вдруг, когда его снимешь, сила рванет?

Нахмурившись, я потеребила браслет на запястье. Затем уверенно качнула головой.

— Эмоции сейчас стабильны. А за пару минут настолько разозлить меня не получится даже у Пожарской.

— Это хорошо, — с облегчением перевела дух Аннушка. — А то я волнуюсь. Ничего же толком не рассказываешь, — она смущенно порозовела.

— Девочки, а вы о чем? — раздался сбоку полный любопытства голос. — Какая сила рванет-то?

Демонстративно тяжело вздохнув, староста посмотрела на стоящую рядом девушку. Ее лицо было знакомо, но она точно не с нашего факультета.

— Екатерина, тебе больше других надо? — язвительно спросила Аня.

— Да подумаешь, — та обиженно надула губы и отошла. Аннушка же с тревогой повернулась ко мне:

— Влад, а ведь о тебе узнают все. Не боишься?

— А смысл? — я грустно хмыкнула. — Чему быть — того не миновать.