Книга Академия Эвейл. Вместе мы справимся, страница 91 – Анна Василевская

— Прекрасно выглядишь, Аврора, — поприветствовал он меня.

— Да, вы тоже, — ляпнула я в ответ.

— Ты не танцуешь?

Мне стало неловко, как будто меня ткнули в то, что я недостаточно красива, чтобы кто-то пригласил на танец, поэтому я немного резковато ответила:

— Не люблю танцевать.

И по его изменившемуся лицу поняла, что это было приглашение, а не вопрос. Тут же стало стыдно и очень обидно, что я так испортила приглашение на танец от человека с которым была бы совсем не прочь потанцевать. Неловкое молчание повисло между нами, и я уже было думала, что Этьен сейчас извинится и уйдет, но он попытался снова завязать со мной вежливый разговор.

— Как тебе праздник?

Врать не хотелось, поэтому я честно призналась:

— Не люблю новый год… с тех пор как погиб мой отец.

Последнее я добавлять не хотела, оно вырвалось само, так тихо, что я надеялась, что месье Дюкре не расслышит. Но он услышал. Тень набежала на его лицо, да так и осталась там. Такая привычная тень. Сколько раз я видела его такое мрачное лицо, пока работала в зверинце — не сосчитать. Стало стыдно, что я испортила настроение Этьену и я попыталась исправиться:

— А вам как?

Он покачал головой.

— Я собирался вскоре вернуться в зверинец, сегодня моя очередь дежурить. В полночь будет салют и некоторые фамильяры боятся громких звуков. Ты могла бы помочь мне их успокоить.

Это было прекрасное предложение — сбежать с бала в зверинец! И только я могла закивать радостно в ответ.

— Да, прямо сейчас?

От моего напора и смены настроения Этьен улыбнулся.

— Ну если ты не хочешь остаться…

— Не хочу. Идем?

Перед уходом пришлось дождаться месье Дюкре, он куда-то испарился, а вернулся уже с большой сумкой через плечо, наполненной чем-то неизвестным

Сначала Этьен проводил меня до общежития, чтобы я сменила платье на более удобную одежду. По дороге я ловила себя на романтических мыслях. Вот я иду в красивой одежде рядом с парнем, который мне нравится. Это что-то значит или нет? Ответа у меня не было. Этьен молчал всю дорогу, о чем-то размышляя, и я не стала его тревожить. Было заметно, что его беспокоит какая-то мысль, жаль, что он не делится этим со мной. Наверное, не видит меня достаточно близкой для этого.

— Переодевайся и встретимся в ветлечебнице, — сказал он напоследок и двинулся в сторону общежития преподавателей.

Когда я пришла в зверинец, то первым делом заскочила к Энцо, поздоровалась с Ньюи и ее кладкой, подпитав малышей. Энцо я забрала с собой. В ветлечебнице Этьен уже кипятил чайник, на столе лежал листок бумаги с кличками фамильяров.

— Большинство фамильяров спокойно относятся к салюту, — начал он рассказывать, наливая мне чай в простую металлическую кружку, — но некоторые слишком чувствительны к звуку или свету, либо же пострадали в прошлом от взрывов или чего-то подобного. Вот список тех, кто плохо переносит салют. Мы соберем их в большой леваде. Там есть купол, который приглушит звуки и вспышки света.

Я взяла листок в руки и пробежалась по списку. Снежный барс Сьюзи, две рыси, волчица и койот. Ну что ж, могло быть и больше. Пока пили чай, мы поделили животных между собой. Я взяла Сьюзи и рысей, первая меня очень любила, а рыси были послушные. В отличии от койота, которого придется тащить волоком. В наш зверинец он попал всего пару месяцев назад от браконьеров, истощенным и со следами истязаний. Неудивительно, что он был в списке тех, кто боялся салюта. Мы допили чай и двинулись каждый в свою сторону.