Книга Академия Эвейл. Вместе мы справимся, страница 49 – Анна Василевская

И месье Дюкре ушел, не став даже слушать возражения Леопольда, что месяц — это слишком жестоко. Но Леопольд не знал главного и, я надеялась, что никто ему этого не подскажет. Кроме особой способности — невидимости, у Даяны была еще одна специфическая особенность — невыносимый и сложно устраняемый запах фекалий. Поэтому в ее загоне убирался только Пьер и только в особом костюме с капюшоном, который он снимал на выходе. Если не надеть подобный костюм, то противный и въедливый запах невозможно будет вывести ничем с волос и кожи целую неделю. Я скрестила пальцы на обеих руках, моля о том, чтобы Леопольд пошел убирать загон зубра без защиты.

В это время к нам нам подошел Арий. Это же заметил Леопольд и поспешил скрыться, дабы не заработать еще одно наказание.

— С вами все впорядке? — встревоженно спросил Арий.

— Да, Леопольд попытался глупо пошутить, но все закончилось хорошо, — я обернулась к Катрине, оценивая ее состояние.

На удивление подруга не выглядела расстроенной или испуганной.

— У тебя не осталось еще яблока? — спросила она с любопытством, а то я свое уронила.

— Да, как раз последний кусок, — протянула я ей четвертинку фрукта.

Катрина забрала лакомство и повернулась к оленям, которые уже успокоились и забыли небольшом инциденте. Любопытный олененок снова подошел к Катрине и в этот раз она смогла угостить его яблоком.

Из зверинца мы выходили втроем. И на лице подруги сияло гордое выражение лица. Я и сама ею гордилась — она не испугалась оленей, даже после того, как один из них чуть было не напал на нее.

В субботу у нас стояла практика для смешанных по расписанию. Катрина собираясь на занятие, весело щебетала. Мне же не хотелось общаться лишний раз с мадемуазель Ламбер. Ее самоуверенность, успешность и при этом желание помочь ужасно раздражало. Как будто она решила заняться благотворительностью, помочь бедняжкам смешанным из своей благополучной и прекрасной жизни.

Я пыталась унять раздражение, вспоминая нашу договоренность с Катриной — быть смелее для нее и быть доверчивее для меня. У подруги, кстати, успехи были куда значительнее моих. Она, после моего отсутствия из-за болезни, все больше общалась с Арием и не пасовала так перед нападками Леопольда, как раньше. Все, чего добилась я — это дружелюбно здороваться с месье Дюкре. И сегодняшнее глухое раздражение было тому подтверждением. Не могла я открыться еще и нашему куратору.

Хотя нужно было. Магия моя продолжала шалить — истощалась слишком быстро, отчего меня накрывало сильной слабостью, часто кружилась голова.

То же самое повторилось и сегодня на практике для смешанных. Для начала мадемуазель Ламбер дала нам задание просто попрактиковаться в своих стихиях, как и в прошлый раз. После трех неудачных заклинаний, моя мана кончилась и голова закружилась.

— Аврора, ты в порядке? — подошла ко мне куратор, — ты что-то бледная.

— Да, все нормально, я просто переболела на этой неделе, еще не восстановилась. Можно я посижу? — попыталась я отвязаться от ее заботы.

— Это не из-за болезни, — сказала вдруг Катрина, которая стояла рядом.

— Что, прости? — обратилась к ней мадемуазель Эстель.

— Это не из-за болезни, — громче и увереннее заявила Катрина, — у Авроры уже пару недель так — магия резко истощается после пары заклинаний и она бледней.