Книга Академия Эвейл. Вместе мы справимся, страница 18 – Анна Василевская

В итоге, на занятии для смешанных, мы очень долго писали и совсем немного практиковались. При этом наша практика совсем не отличалась от того, что мы делали всю неделю на стихийной практике.

— Как нам определиться с даром? — наконец не выдержала я.

— Вам нужно для начала выбрать основную стихию, а затем развивать ее, — терпеливо объяснил месье Дюльван.

— Но как мы почувствуем, какая стихия у нас основная? — спросил Арий.

— Практикуйте обе стихии и в какой-то момент вы почувствуете, что одна из стихий берет верх.

Ответы куратора вызвали глухое раздражение. Он говорил общими фразами, которые ничего нам не давали. Просто практикуйтесь, просто почувствуете, просто развивайте и все будет хорошо. Но что если это не сработает? Тогда мы просто перегорим и ничего такого?

После занятия мы вышли опустошенные. Не только я ожидала поддержки от нашего куратора и какой-то пользы от занятий, созданных исключительно для смешанных. В расстройстве мы брели по улице небольшой группой, часть однокурсников ушли в библиотеку или отправились погулять у озера.

Осень в этом году пришла рано, листья уже опадали, и местный садовник собирал их в яркие холмы, которые оставлял вдоль дорожек.

Внезапно один из холмов приподнялся и поплыл в нашу сторону.

— Осторожно, — предостерег нас Арий.

— Что это? — воскликнула Катрина.

Тем временем куча листьев зависла над нашими головами и рассыпалась шуршащим листопадом.

— Бежим, — крикнула я, и мы понеслись к общежитию.

Пока мы добежали, еще дважды на нас сбрасывали разноцветный шуршащий холм. Мы пытались отбиваться заклинаниями, но смешанная магия выдавала какую-то ерунду. Листья то сдувало паром, то крошило в пыль, которая забивала нам в глаза и рот. Листья были свежие и относительно чистые. Поэтому, добежав до крыльца, мы уже смеялись и от самого нападения, и от своих нелепых потуг защититься

— Кто это был? — спросила я, когда мы оказались под крышей.

Желтый огонек завис над дорожкой, как будто звал нас поиграть еще.

— Это Эви, — ответил незнакомый второкурсник, который стоял на крыльце, — самозарожденный дух академии. Он любит пошалить.

Играть дальше с Эви мы не пошли, нас ждали первые домашние задания, которых на выходные задали более чем достаточно.

Учиться в академии оказалось не просто. Были те, кто издевался над нашей слабостью или проявлял равнодушие к нашим проблемам. Но постепенно я привыкала к тому, что есть и те, с кем я могу встать плечом к плечу. Неважно, против наглых огневиков или же против шуршащей листвы.

Я так привыкла к чувству одиночества в своей прошлой жизни, что трудно было принять обратное, научиться доверять кому-то. И непонятно, стоило ли учиться?

Два месяца все шло своим чередом, немного скучные лекции, сложные и порой бессмысленные практики, стычки с огневиками. В свободное время я бегала в зверинец, там я отдыхала, училась новому. Декан зоологов, месье Гринье, оказался мировым человеком, он приглашал меня на интересные тренировки или процедуры с фамильярами. Его младшая дочь когда-то была смешанной и перегорела, поэтому он с некоторым сочувствием относился ко мне. Старшекурсники, специализирующиеся в магической зоологии, кажется, считали, что я работаю в зверинце, и не обращали на меня внимания.