Книга Академия Теней. Истинная трех, страница 62 – Эн Бакли

— Нет. Но хочу попробовать.

— Если станет больно — скажи.

— Скажу.

Он встал, протянул руку.

— Идём.

Комната Кассиана пахла серой и дымом. Чёрные простыни, тусклые факелы. Я стояла посредине, не зная, с чего начать.

— Раздевайся, — сказал он.

— Ты всегда командуешь?

— Только когда боюсь, — он подошёл ближе. — А сейчас боюсь.

— Чего?

— Что ты передумаешь.

— Не передумаю.

— Докажи.

Я взялась за край платья. Стянула через голову. Осталась в одном белье.

Он смотрел. Не торопился. Водил взглядом по шее, ключицам, груди.

— Долго смотреть будешь?

— Всю жизнь не хватит, — он усмехнулся. — Но на первый раз — достаточно.

Он подхватил меня на руки, бросил на кровать. Я взвизгнула — и засмеялась.

— Тебе нравится? — спросил он, нависая сверху.

— Нравится, — честно ответила я. — Не ожидала.

— Чего?

— Что ты такой... настойчивый.

— Я всегда такой, — он провёл пальцем по краю трусиков. — Ты просто забыла.

Он раздел меня медленно. Трусики — через бёдра, по ногам, бросил на пол. Лифчик — одним движением. Я осталась совсем без одежды.

— Красивая, — сказал он.

— Врёшь.

— Демоны не врут, — он провёл ладонью по моему животу, спустился ниже. — Мы преувеличиваем. Иногда.

— А сейчас?

— Сейчас — чистая правда.

Он наклонился и поцеловал меня в шею. Горячо, влажно, с лёгким прикусом. Я выгнулась.

— Не торопись, — прошептал он.

— Это ты не торопись.

— Хорошо, — он усмехнулся. — Будет по-твоему.

Он вошёл в меня сразу. Без долгих прелюдий. Я вскрикнула.

— Больно?

— Немного.

— Привыкнешь, — он двинулся. — У нас вся ночь.

— А если я не хочу ждать?

— Тогда не жди.

Он двигался быстро, жёстко, без нежности. Я вцепилась в простыни, закусила губу.

— Громче, — сказал он.

— А соседи?

— Я хочу, чтобы они знали, — он ускорился. — Ты — моя.

— Я ничья.

— Сегодня — моя.

Я закричала. Не от боли — от удовольствия. От того, что тело помнило то, что голова забыла.

Он двигался долго. Менял темп, угол, глубину. Я плавилась, кричала, просила.

— Сейчас, — прошептала я.

— Жди.

— Не могу.

— Можешь.

Он замедлился почти до остановки. Я застонала от нетерпения.

— Не мучай.

— Это не мука, — он наклонился, поцеловал меня в губы. — Это награда.

Он ускорился. Резко. Сильно. Я взорвалась — и он следом.

Потом мы лежали в темноте.

Я — на его груди. Он — наматывал прядь моих волос на палец.

— Ты как? — спросил он.

— Жива.

— Это я заметил, — он усмехнулся. — Я про другое.

— В порядке, — я зевнула. — А ты?

— Демоны всегда в порядке, — он потянулся, хрустнув шеей. — Спорим, завтра не вспомнишь, что кричала?

— А что я кричала?

— Не скажу, — он ухмыльнулся. — Пусть будет сюрпризом, когда память вернётся.

— Ты невыносим.

— Твоя невыносимость, — он чмокнул меня в макушку. — Спи, Истинная. Завтра Рейго будет ревновать.

— Он не ревнует.

— Он дракон, — Кассиан усмехнулся. — Они ревнуют молча. Это хуже.

Я закрыла глаза.

Тьма внутри пульсировала. Спокойно. Тепло.

«Хорошо», — показалось мне. Или не показалось.

Я улыбнулась.

Я проснулась не одна. Он лежал рядом, на спине, раскинув руки. Рога блестели в утреннем свете. Я смотрела на него и чувствовала — не память. Привычку. Тело знало его. Знали пальцы, губы, дыхание.

— Ты пялишься, — сказал он, не открывая глаз.

— Смотрю.

— На что?

— На то, что не помню, — я провела пальцем по его груди. — Но чувствую.