Книга Дурочка, страница 10 – Аксюта Янсен

— Ну, в таком возрасте, — заухмылялся Макс, — мама приложила немало усилий, чтобы я кенов кенгурями не называл. Оңи, видишь ли, не находят ни малейшего сходства между собой и земными кенгуру.

— Вот-вот!

— Извини, если лезу не в своё дело, но если не спрошу, так и буду мучиться весь вечер, а то и дольше: как так получилось, что ты завалила экзамены? — он переформулировал уже один раз заданный вопрос. — Ты это специально, чтобы сюда попасть?

— Да нет, что ты! Перезанималась я. Ещё за два дня до экзаменов начала понимать, что что-то не то: я повторять пробую что-то совсėм простенькое — и ничего понять не могу, я заучиваю, а оно в голову не лезет. На экзамен пришла — в глазах темно, в ушах звон, читаю вопрос — смысла его понять не могу, ещё и голова совсем разбoлелась под конец. Ну вот, и, — она развела ладошками затянутыми в хорошенькие полупрозрачные беленькие перчаточки, которые были хороши и сами по себе и скрывали то, что руки Ия всё-таки не уберегла.

Про обморок, в который она свалилась, так и не дойдя до дома, Ия рассказывать не стала, как и про длительную, сначала тихую, потом слезливую депрессию, из которой она только-только выкарабкалась здесь, в бабушкином саду. Не хотелось сочувствия, ни фальшивого, ни деятельно-искреннего, ни попыток помочь. Единственное, что девушке было нужно — это чтобы все оставили её в покое. Ну, или вот прогулка по ночному саду с симпатичным мальчиком тоже подойдёт.

— Понятно. — Макс кивнул. — Бывает. А здесь чем планируешь заняться?

— Да ничем. В саду вожусь, за домом присматриваю, а, впрочем, меня ничем особо не напрягают.

— Тогда ты не будешь против, если я за тобой на днях заеду? Покатаемся, — у Макcа разгорелись глаза. — У отца в гараже такой чудной экземпляр есть. Местное механо, адаптированное под человека и с нашим же топливным элементом. Впрочем, у отца есть и совсем аутентичный экземпляр, но он чадит как древнерусская печка, так что это для совсем экстремалов.

По правде говоря, отцовский гараж был одним из немногих, что всё-таки примиряло Макса с пребыванием на Отелле.

— Не откажусь, — недолго думая, согласилась Ия. — А куда поедем?

— Да куда хочешь! Чего ты здесь ещё не видела?

— Да я пoчти ничего и не видела, только космопорт, бабушкин дом, да вот этот парк, — призналась Ия и подумала, что это, наверное, странно, прилететь на чужую экзотическую планету и сидеть на месте, носа за забор особняка не показывая.

— Ну, тогда просто по городу походим.

— Поездим?

— Может и так, но местные ходулишные машины, перемещаются исключительно пешком.

— Вечерней доброты, — кивнул им солидный кен, прогуливавшийся по одной из соседних дорожек и приблизившийся достаточно, чтобы игнорировать соседей было не вежливо.

— И вам доброго вечера, — Макс вежливо склонил голову и спустя полминуты и нескольких шагов отделивших их от кена, пояснил для Ии: — Это, если что, он так с нами поздоровался.

— Я поняла, — Ия кивнула. — Наш садовник тоже так забавно слова коверкает, только я думала это индивидуальная особенность у него. Постой, у этого явления, вроде бы даже какое-то отдельное название есть.

Она нетерпеливо защёлкала пальчиками, пытаясь поймать убежавшее от неё хитрое слова. Как это обычно случалось в последнее время, голова на попытки интеллектуального усилия отреагировала недовольным гудением и полным отсутствием мыслей. Любых. Не только умных.