Книга Доверие, страница 82 – Алёна Сереброва

Пахнет мускусом и нагретой на солнце шерстью. Мгновение и запах меняется, переплетаясь с новыми нотами: уже знакомым привкусом земли и травы. Алиса оборачивается, наконец-то замечая отсутствие новых друзей, и замирает.

Рядом стоит только Лука. Смотрит, словно тоже выпав из реальности. Сосредоточенный, с широко распахнутыми глазами, словно увидел что-то невероятно интересное. Ветер треплет волосы, то бросая чёлку в глаза, то сдувая назад. Лука лишь морщится, когда волосы падают на лицо, и продолжает смотреть. Алиса догадывается, что увидит в чужих глазах ещё прежде, чем заглядывает в них: расплавленный янтарь. Тот самый, которым светится радужка Луки в моменты использования силы.

Единственное, что остаётся сейчас сделать — оглядеться.

Они стоят в нескольких метрах. Все трое. Макар, Костя и… Как там его?

«Вроде бы они говорили, что его зовут Глеб».

Разговаривают, сбившись в кучку, но так что Алисе вполне виден чужой друг. Примерно одного роста с Костей и соответственно выше Макара, с растрепанными под рукой мастера ветра каштановыми волосами, что в нормальном состоянии вероятно прикроют уши. Чёрная толстовка небрежно расстёгнута и хлопает по бокам, стоит тому только экспрессивно поднять руки, что-то рассказывая.

Костя смеётся, перетягивая внимание на себя. Хлопает по плечу, разворачивая друга в противоположную сторону, так что тот сверкает короткостриженным затылком. Смотрины закончены, пора и по домам.

Лука трёт глаза, словно ветер закинул в них песка или какой-то другой сор. Смаргивает, поднимая взгляд.

— Красиво было?

Алиса немного завидует, невольно вспомнив недавний рассказ о том, как видит их через призму своей силы Лука.

— Что? — шумный выдох и растерянный взгляд.

— Что ты видел? — почти на грани слышимости, так чтобы никто посторонний не разобрал.

— Не знаю, но… Это было красиво.

Ветер бросает в лицо россыпь дождевых брызг, намекая, что стоило бы поторопиться. Только Лука их не замечает, окунувшись в собственные мысли и почти перестав воспринимать окружающую действительность.

То, что он недавно увидел…

Это было действительно красиво. И окончательно убедило Луку в том, что Самуил Борисович зря не прислушался к его просьбе и отказался немного подождать.

Полные противоположности. Как инь и ян, если вспоминать китайскую символику. Вихрь сине-зелёного северного сияния с вкраплением серебряных искр, против чёрно-алого урагана. Рядом, но не вместе. Не было в этот раз такого, что он всегда наблюдает при взаимодействии Макара с Костей.

«Глеб, — Лука вспоминает имя незнакомца, который сегодня так и остался стоять в стороне. — Друг детства и сосед».

Попроси кто описать этого Глеба и Лука не сможет. Слишком уж мало уделил внимания чужой внешности и неосознанно воспользовался даром. Кажется, вот только попрощался с Макаром и Костей, обернувшись им вслед, а в следующий миг мир выцвел.

Единственное, что он запомнил перед переходом, это лёгкое покалывание от затылка по позвоночнику вниз.

Лука невольно поводит плечами от фантомного ощущения, но в этот раз дар себя не проявляет. Мир остаётся всё таким же цветным, только чуточку тусклым от закрывших солнце туч. А в следующее мгновение лениво накрапывающий дождик усиливается, не только возвращая в реальность, но и намекая, что пора бы и поторопиться. Барабанит по плечам и голове, так что, хочешь не хочешь, а приходится перейти на бег.