Книга Доверие, страница 68 – Алёна Сереброва

— Вы хотели поговорить?

Захлопнув за собой дверцу и убедившись, что окно с водительской стороны закрыто, уточняет Лука. Замирает, встречая две пары настороженных глаз. Ему снова кажется, будто в глазах старшего мелькаю жёлтые всполохи, но стоит сморгнуть, как наваждение пропадает. На мгновение хочется глянуть на них другим зрением, посмотреть, что изменилось с прошлого раза, но что-то внутри останавливает от этого шага. Словно шепчет: «Не сейчас» и Лука подчиняется.

— Из-за чего нас выбрали?

— Из-за того что у вас подходящий потенциал?

— И что в нём кроётся?

— Понятия не имею, — в очередной раз виляя, но при этом вполне честно, отзывается Лука, вгоняя их обоих в ступор. Только ответить что-то иное тоже не может. Слишком глупо будет звучать: «Я просто увидел ваше сияние». Да и не уверен Лука что хочет, чтобы они знали о его участии в их судьбе. Не сейчас так точно.

Макар уже открывает рот, чтобы ещё что-то спросить, но тут же его захлопывает. Лука даже вопросительно вскидывает брови, но ответ приходит с другой стороны.

Дверь в салон распахивается, являя взгляду Фёдора Иннокентьевича и Алису. Та жмурится, поправляя растрепанный ветром хвост и, лишь получив приглашение, забирается внутрь.

Лука же спешит перебраться на переднее сидение, оставляя будущую команду в салоне. Отвечать на какие-либо вопросы при Фёдоре Иннокентьевиче, он не собирается.

* * *

Вся дорога проходит в напряжённом молчании. Лука чувствует затылком чужие взгляды, но не оборачивается и даже не заглядывает в зеркало заднего вида. Вместо этого упрямо смотрит на проносящиеся за окном пейзажи. На то, как привычно сменяются многоэтажные дома частными домиками, как пролетает мимо ещё один рукав дороги, вновь сменяясь разномастными заборами и домами.

Фёдор Иннокентьевич, не иначе как по привычке, пытался завести разговор в самом начале, но не вышло. На его вопросы отвечали односложно и с явной неохотой.

— Куда мы едем? — нарушает устоявшуюся тишину Алиса. Голос едва заметно дрожит, так что можно не заметить, если нарочно не прислушиваться, ловя малейшие изменения.

Лука всё-таки косится в зеркало заднего вида, всё ещё не решаясь обернуться. Да и того, что он видит, вполне хватает, чтобы понять — напряжена почти до предела: побелевшие костяшки вцепились в ремень небольшой перекинутой через плечо сумки, губа прикушена, даже крылья носа тревожно подрагивают, словно в попытке найти ответы в окружающих запахах.

Остальные, впрочем, не лучше. Сидят, прижавшись плечом к плечу, как воробьи на ветке: растрепанные ветром, сосредоточенные и тоже напряженные.

— На базу.

— Нам сказали… — отзывается Макар. — И, судя по всему, родителям сказали, что это недалеко.

— И не соврали, — Лука отворачивается к окну, не желая видеть собственный прокол. Понимает, что надо было поговорить раньше, чтобы не было вот такого. Однако он думал, другие всё объяснят гораздо лучше, но, похоже, просчитался.

— Фёдор Иннокентьевич, разрешите? — и тут же продолжает, стоит тому лишь кивнуть: — «Бастион» дислоцируется на месте бывшей военной части, которая несколько лет назад, точно не помню, простите, была выкуплена у государства и отремонтирована. Находится в нескольких километрах от города, но довольно близко. Рядом лесополоса, там удобно устраивать тренировки на пересеченной местности. С территорией самой базы я вас познакомлю позже.