Книга Не Снегурочка, страница 24 – Алёна Сереброва

Вот только она так и не приходит. Влада слышит сначала топот пробежавшей мимо двери Сони, затем голос матери, а следом играет знакомая заставка одного из любимых сестрой мультиков. Теперь у Влады есть немного времени наедине с собой.

Компьютер натужно гудит, возвращаясь из спящего режима. Влада какое-то время снова прислушивается, прежде чем зайти под своим паролем в соцсеть. Она не понимает, почему раньше не додумалась проверить Майю. Или почему сама Майя не предложила добавиться в друзья.

Снова вспоминаются слова Ксю, и Влада вбивает имя в строку поиска. И только сейчас понимает: фамилии она не знает.

— Можно подумать это такое уж популярное имя, — ворчит Влада, выставляя дополнительные параметры и нажимая на поиск. Список выходит действительно коротким, даже полсотни аккаунтов не набирается. Вот только не на каждой аватарке стоит фотография и Влада с замиранием сердца прокручивает колёсико мыши, надеясь, что ей повезёт.

Незнакомые лица сменяются щеночками и цветами, на одном аватаре и вовсе красуется забавный принт на футболке.

Нужный аккаунт оказывается одним из последних. Майя улыбается с аватарки знакомой, чуть хитроватой улыбкой.

«Существует».

Внутри словно ослабевает какой-то узел. Будто могло быть иначе и слова Ксю не только поселили сомнение, но и могли как-то изменить реальность.

— Ткну завтра Ксю носом в аккаунт, будет знать, — ворчит Влада, щёлкая курсором по кнопке «добавить в друзья» и уходя с сайта.

«А ещё лучше просто их познакомлю!»

Ветер, словно соглашаясь, налетает на окно, заставляя дребезжать затянутые инеем стёкла.

Шумный выдох опаляет горло огнём, вдох же приносит холод. Будто внутри неё горит костёр, что борется с внешней стужей, но никак не может победить и согреть.

Влада пытается двинуться, укрыться от забирающегося под кожу холода хотя бы руками, но снова не может. Только что-то совсем рядом неприятно звенит, на несколько мгновений перекрывая все звуки.

В том числе и шагов.

Влада понимает это, когда стихает звон и что-то знакомо шуршит совсем рядом.

— А ты оказывается у нас боец, — голос звучит довольно, почти радостно, и от этого всё внутри пробирает дрожью. Не той, кусаче-холодной, что, кажется, поселилась в ней навсегда, другой...

Губы не слушаются. Влада даже не чувствует их, когда пытается сказать хоть слово. Лишь выдыхает что-то невнятное, сиплое и в этот раз горло не опаляет внутренний жар.

Шаги приближаются, и Влада дёргается в попытке отодвинуться, однако снова ничего не выходит. Лишь касается слуха уже знакомый звон: короткий, обрывчатый.

— Ну же, тише. Я тебя не обижу.

«Отпустите» — хочется потребовать, но с непослушных губ срывается не то стон, не то всхлип.

— Ты продолжаешь замерзать...

Влада едва чувствует чужое прикосновение. Оно несколько мгновений давит, словно ладонь приложили к щеке, а потом исчезает, оставив после себя лёгкое покалывание.

Аппетитный аромат привлекает внимание, отчего желудок тут же сводит голодной судорогой.

— Вот, давай, — просит всё тот же голос.

Губ что-то касается за мгновение до того, как рот обжигает горячей жидкостью.

— Глотай, я знаю, что ты можешь. Давай!

И Влада сглатывает, позволяя горячей, солоноватой жидкости проскользнуть внутрь. Вкуса разобрать не получается, но это кажется настолько одуряюще вкусно, что начинает кружиться голова, а частившее сердце на мгновение замирает.