Книга Нищенка в академии драконов 2, страница 14 – Анжелика Янчевская

— Потому что я хочу знать, с чем имею дело, — просто ответила она. — Если это просто увлечение, страсть, которая скоро угаснет, то, возможно, вам стоит подумать о предложении моего отца. Но если это настоящее чувство… — она сделала паузу, — тогда вам стоит бороться. Даже если это означает пойти против отца, против традиций, против всего мира.

Радон смотрел на Марану с растущим удивлением. Эта хрупкая юная девушка говорила с мудростью, которую редко встретишь даже у умудрённых опытом старцев.

— Она любит меня, — тихо ответил он. — И я готов бороться. Но… — он развёл руками, — как видите, мои возможности сейчас ограничены.

— Я не хочу этого брака, — прямо сказала она. — Не потому, что вы мне не нравитесь. Вы… достойный человек, Радон Крег. Любой девушке было бы лестно стать вашей женой. Но я не хочу быть запасным вариантом, заменой, политической необходимостью. — Она сделала паузу. — И у меня есть свои причины избегать брака по расчёту.

Радон внимательно посмотрел на девушку, пытаясь понять её мотивы.

— Есть кто-то другой? — осторожно спросил он.

Марана слегка покраснела, и это был первый раз, когда её выдержка дала трещину.

— Даже если и так, — тихо ответила она, — для таких, как мы, личные чувства редко имеют значение. Разве не так, лорд Радон?

В её словах было столько горечи, что ему захотелось утешить эту храбрую, умную девушку, ставшую заложницей тех же обстоятельств, что и он сам.

— Так было раньше, — твёрдо сказал он. — Но времена меняются. И я намерен изменить их ещё больше.

Она вновь обвела взглядом комнату, и теперь Радон заметил, что в её глазах появился странный, почти хищный блеск. Марана подошла к стене, прислонив ладонь к рунам.

— Ваш отец очень основательный в своих мерах, — заметила она. — Эти подавители… они древние, редкие. Немногие семьи могут похвастаться такими артефактами в своём арсенале.

— Вы разбираетесь в таких вещах? — удивился Радон. Мало кто из юных аристократок изучал древнюю магию и артефакты.

— Немного, — скромно ответила Марана. — Скажем так, у меня был хороший учитель, — её голос стал едва слышным, губы начали беззвучно шевелиться, произнося слова древнего заклинания. — Эти руны настроены на вашу кровь, на вашу магию. Но не на мою.

Пальцы девушки засветились тусклым серебристым светом, и Радон увидел, как символы медленно тускнеют, словно угасающие угли. Странное ощущение наполнило его тело — словно ледяная корка, сковывавшая его изнутри, начала таять.

— Что вы делаете? — прошептал он.

— Временно нейтрализую руны, — спокойно ответила Марана, продолжая читать древнее заклинание. — Их нельзя уничтожить полностью — это сразу заметят. Но можно ослабить, примерно на час. Этого времени должно хватить, чтобы вы нашли путь из башни и покинули поместье, — Марана повернулась к нему. — Я могу ослабить руны, но не могу дать вам больше времени. Ваш отец почувствует изменение магического фона, но не сразу. Это даст вам фору.

— Почему вы помогаете мне? — спросил Радон, всё ещё не до конца доверяя неожиданной союзнице.

Марана улыбнулась, и в её улыбке было что-то грустное.

— Потому что я знаю, каково это — любить того, кого тебе не позволено любить, — тихо сказала она.

Она быстро подошла к двери и выглянула наружу.

— Путь свободен, — шепнула она. — Идите. У вас не так много времени.