Книга Отбор. Пламя в твоей крови, страница 101 – Анжелика Янчевская

Я посмотрела на них и усмехнулась. Не добро, не мягко — а с той самой ледяной усмешкой, которая появлялась на моём лице всё чаще с тех пор, как я попала в цитадель.

— Или я не его дочь, — ответила я и краем глаза заметила усмешку на лице Валериана.

В этот момент я услышала голос. Тихий шёпот, который слышала только я.

Чаша, дочь Кайроса. Найди Чашу Зимних Снов. Она здесь, в этой комнате.

Эйдан. Дух рода направлял меня.

Я медленно обошла кровать, делая вид, что просто хочу получше рассмотреть отца. Взгляд скользил по комнате в поисках чего-то, что могло бы оказаться чашей.

Альков за портьерой. Третья ниша слева.

— Что ты делаешь? — резко спросил Валериан, заметив, что я направляюсь к стене.

Я подошла к стене, где тяжёлые портьеры из тёмного бархата скрывали несколько ниш. В третьей нише на небольшом постаменте из чёрного камня стояла чаша.

Она была сделана из того же материала, что и постамент, — из тёмного, почти чёрного камня с прожилками синего льда. По её поверхности бежали руны, которые слабо пульсировали холодным светом. Над чашей вился тонкий дымок, и я чувствовала исходящую от неё злобную энергию.

— Не трогай это! — заорал Валериан, бросаясь ко мне. Его голос сорвался, маска вежливости слетела с лица. — Нельзя! Это священная реликвия рода!

— Лжец, — спокойно сказала я, протягивая руки к чаше.

— Стой! — кричал он, хватая меня за плечо. — Не смей! Ты не понимаешь…

— Понимаю, — ответила я, глядя ему в глаза.

Валериан попытался оттащить меня, но было поздно. Мои пальцы коснулись холодной поверхности чаши.

Как только мои пальцы коснулись её поверхности, по камню побежали ледяные трещины. Ледяная магия во мне откликнулась на прикосновение к проклятому артефакту, и холод растёкся по венам чаши, разрушая древние заклинания.

— Нет! — прошептал Валериан, дрожа от злости.

Чаша с громким звоном треснула. Руны погасли одна за другой. Тонкий дымок рассеялся.

И в тот же миг с кровати донёсся хриплый вздох.

Мы все обернулись. Кайрос открыл глаза.

Это были глаза безумца, полные ярости и боли. Он резко сел на кровати, его тело содрогнулось, и воздух вокруг него заискрился. Началось превращение в дракона.

— Всем назад! — крикнул Тариус, выхватывая меч.

Кости Кайроса хрустели, удлиняясь. Кожа твердела, превращаясь в чешую цвета зимнего неба. Руки становились когтистыми лапами.

— Он теряет контроль! — кричал Дарин, отталкивая меня от кровати. — В замкнутом пространстве он нас всех убьёт!

Кайрос уже не был человеком. Огромный ледяной дракон с безумным взглядом занял половину комнаты. Его рёв сотряс стены башни.

И тут в комнате появился Эйдан.

Прямо перед драконом материализовалась призрачная фигура, светящаяся холодным светом. Все увидели его — даже Валериан ахнул и попятился к двери.

— Кайрос! — голос духа прозвучал как удар колокола. — Послушай меня! Вспомни!

Эйдан метнулся к голове дракона, и его призрачные руки коснулись чешуйчатого черепа между глаз. Внезапно воздух наполнился образами — видениями, которые видели все присутствующие.

Молодой Кайрос с женщиной в горах. Обвал. Предательство. Восемнадцать лет заточения в кошмарах.

— Твоя дочь, — говорил Эйдан, и его голос отдавался эхом в наших головах. — Эльвия жива. Она здесь. Она освободила тебя. Прошло восемнадцать лет, Кайрос. Да, Лия умерла, но ее ребёнок выжил! Твой ребенок!