Книга Дракон с ... изъяном, страница 50 – Елена Байм

Только экономка стояла в углу, прижимая руки к груди, и смотрела на меня с такой жалостью, что мне стало еще больнее. Она хотела помочь, я видела это в ее глазах. Но что могла сделать простая экономка против целой толпы разгневанных аристократов?

— Я не верю, что в моем доме среди прислуги есть воровка, — раздался вдруг звонкий, уверенный голос.

Все обернулись. Это произнесла леди Элизабет. Она подняла подбородок и посмотрела на толпу с холодным спокойствием, которого я в ней раньше не замечала.

— Но чтобы развеять все сомнения, — продолжала она, — я предлагаю обыскать ее комнату. Если служанка невиновна — обыск это докажет. А если виновна… — она сделала паузу, и в ее глазах мелькнул холодный огонь, — правосудие восторжествует и она понесет суровое наказание.

Толпа одобрительно закивала. Кто-то захлопал. Идея показалась всем справедливой и разумной.

Леди Элизабет подняла руку, призывая к тишине.

— Стража! Взять ее! И немедленно обыскать комнату. — в этот момент ее взгляд мазнул по мне. Она смотрела на меня как на бюукашку, которую можно раздавить одним движением ноги.

Один из стражников тотчас подошел ко мне и грубо схватил за руку выше локтя, сжав так, что я вскрикнула.

— Даже не думай бежать, — прошипел он мне в ухо, и хмуро добавил — А то будет хуже и больней.

Но я не собиралась бежать. Потому что когда прозвучали слова об обыске, я почувствовала в некотором роде облегчение. Я знала, что ничего не брала чужого. Ни броши, ни золота, ни единой медной монеты. В моей комнате не было ничего краденого, потому что я была не воровка. Сейчас они все проверят, увидят, что я чиста, и отпустят меня.

Только вот я не учла, что леди Элизабет про меня было известно, а ни одна женщина не потерпит рядом с собой ту, на которую заглядывался ее муж. И поэтому продолжала находиться в спокойном неведении, слепо веря, что справедливость восторжествует...

Тем временем, вся толпа, повинуясь стадному инстинкту, стихийно двинулась в сторону первого этажа, увлекая за собой стражников, баронессу, графа Торнвуда и всех остальных. Все хотели видеть зрелище — как будут обыскивать и, возможно, наказывать воровку.

Мою комнату — маленькую, чистую, ставшую такой родной за эти дни — высокий стражник вскрыл одним ударом своего сапога. Дверь жалобно скрипнула и распахнулась, ударившись о стену.

Стражники ворвались внутрь, как в захваченный город, таща меня за собой. За ними, толпясь в дверях и заглядывая через плечи, стояли гости — аристократы, жаждущие необычного представления. Леди Элизабет остановилась в дверях, скрестив руки на груди. Лицо ее было непроницаемым.

— Обыскать все, — приказала она.

Первый стражник, молодой, со злым выражением лица сразу направился к моей кровати. Одним движением содрал тощее одеяло, схватил матрас и, недолго думая, полоснул по ткани ножом. Солома из него разлетелась во все стороны.

Я ахнула.

Стражник же запустил руку в разрез, пошарил там, ничего не нашел и с досадой отбросил мой матрас в сторону.

— Чисто. — буркнул он.

Второй стражник распахнул шкафчик и вытащил оттуда мои скудные пожитки. Затертый до дыр плащ, старенькая шаль, пара чепчиков — полетели на пол.

— Смотрите внимательней! — крикнула баронесса из коридора. Она пыталась пролезть в комнату, но из-за толпы не смогла, поэтому вытягивала шею, пытаясь разглядеть происходящее. — Золото не брошь, не спрячешь! Тем более тридцать золотых!