Книга Няня для босса, или Папа строгого режима, страница 80 – Алекс Скай

Роман подошёл к нашему стенду с детьми уже после выступления.

Ася сияла, Марк пытался скрыть, что ему понравилось, как отец хлопал ему не с деловой сдержанностью, а нормально, по-человечески.

— Папа не опоздал, — сообщила Ася. — И не спросил, сколько минут будет концерт.

— Спрашивал, — сказал Марк. — Но у меня, не у учительницы.

— Это считается?

— Почти.

Роман посмотрел на меня.

— Я учусь незаметно.

— Пока заметно. Но в хорошую сторону.

К нам подошла Анна Викторовна.

— Роман Андреевич, можно вас на минуту? У нас родители обсуждают поддержку школьной творческой площадки. После истории с фондом многие спрашивали, будет ли ваша компания участвовать.

Я почувствовала, как внутри напряглась старая осторожность.

Роман ответил сразу:

— Компания поддержит площадку как социальный проект школы. Без участия детей в публичной кампании и без семейных материалов.

Анна Викторовна кивнула:

— Конечно.

— И без Веры Соколовой в качестве символа изменений, — добавил он.

Учительница растерялась, а я едва не рассмеялась от её лица. Бедная женщина не знала всего фона, поэтому фраза прозвучала для неё примерно как “и без запуска ракеты во время чаепития”.

— Разумеется, — сказала она осторожно.

Марк посмотрел на отца с уважением.

— Хорошо сказал.

— Спасибо.

— Но слишком официально.

— Приму к сведению.

— Пап.

— Учту, — поправился Роман.

Ася зааплодировала.

— Он сам себя исправил!

Я отвернулась к коробке с открытками, чтобы не выглядеть женщиной, которую тронула такая ерунда. Хотя это была не ерунда. Ничего из того, что люди меняют в себе без зрителей, не бывает ерундой.

Через несколько дней Роман сам рассказал мне о совете.

Мы сидели в “Чердаке” после встречи, где он впервые присутствовал не как родитель-участник, а как человек, который хотел понять, как работает пространство. Дети были наверху с Кириллом и Полиной, строили макет “семейного центра мечты”, где, по словам Аси, “взрослые могут сидеть на полу без стыда”.

Роман поставил передо мной чашку чая.

— Сегодня был финальный совет по “Северному кварталу”.

— И?

— Сделка проходит.

— Поздравляю.

— Спасибо.

Он сел напротив.

— Партнёры отдельно отметили, что отказ от семейной кампании выглядел сильнее, чем её запуск.

— Правда?

— Кротов сказал: “Наконец-то вы не продаёте нам образ идеального человека, а показываете руководителя, который умеет признавать границы”. Лидия на этом месте смотрела в стол.

— Лидия всё ещё работает?

— Да. Но теперь в зоне, где её таланты не пересекаются с моими детьми и вами.

— Мудро.

— И ещё совет утвердил отдельный фонд поддержки семейных городских проектов.

Я прищурилась.

— Роман.

— Я не пришёл покупать “Чердак”.

— Уже хорошо.

— И не пришёл спасать ваш проект.

— Ещё лучше.

— Я пришёл предложить партнёрство.

Я поставила чашку.

— Вот с этого места осторожнее.

Он кивнул, будто ожидал.

— Я хочу создать вместе с вами и Кириллом семейный центр выходного дня. Не элитную витрину для правильных родителей. Не корпоративную программу с баннерами. Место, куда занятые взрослые приходят не демонстрировать идеальную семью, а учиться быть рядом с детьми без роли, отчёта и страха выглядеть неидеально.

Я молчала.

Он продолжил:

— Финансирование — прозрачное. Управление — не моё единоличное. Условия — ваши и Кирилла как руководителей программы. Компания может дать ресурс, помещение и поддержку, но не диктовать содержание. И главное: ни вы, ни дети, ни моя личная история не используются в продвижении без отдельного согласия.