Книга Опасная стажировка магички Евы, страница 104 – Анна Ланц

— И какое же?

— Женюсь. Отец сказал: «Пора остепенится».

Ах, вот оно что! Теперь становилось ясно, откуда у Оливера эта тяга к браку.

— Ну и вообще… — Продолжил он. — После того как я переехал из общежития в собственный дом, понял, что самому вести хозяйство — не такая уж и простая штука. А на служанку у меня денег нет.

Оливер нахмурился, но тут же расплылся в самодовольной ухмылке.

— Вот я и решился. Женюсь. Ты будешь сидеть дома. Готовить, убирать. А отец, довольный моей «примерностью» продолжит помогать мне деньгами. Видишь, как ловко все рассчитал? Теперь ты моя жена, Ева.

— Я не твоя жена.

— Ну, пока еще нет. Ну, я же сделал тебе предложение. Устроим осенью свадьбу. Предлагаю октябрь. Я лично возьму организацию на себя. Я уже выбрал ресторан, туда поместится тысяча гостей. Закажем группу, банкет…

— Хватит, — остановила я поток планов. — Я не стану твоей женой.

— Что значит, не станешь?

— Мы разные, Оли. Это мне показало время и этот город. Здесь я почувствовала себя собой. Собой настоящей. Поняла, что для меня действительно важно и нужно. И поняла, что мы с тобой абсолютно разные.

Все, что я говорила, было чистой правдой. Ведь дело было даже не в Жорже, хоть, признаться, он занимал огромное место в моем сердце. Дело было в том, что я осознала, что Оливер совсем не тот человек, с кем я хочу просыпаться по утрам и готовить завтрак, перебрасываясь шутками.

Оливер смотрел на меня с такой брезгливостью, словно я вдруг заговорила на незнакомом языке или несу несусветную чушь.

— Не понимаю, — он покачал головой. — Как ты можешь отказаться выйти за меня?

— Я осознала, что мы не подходим друг другу. Вот и все.

— Правду Каролина сказала, что у тебя ужасный вкус! — процедил Оливер.

Я вздохнула. Кто такая Каролина я не знала, и уточнять, почему они с этой неизвестной мне Каролиной обсуждают мой вкус, я не стала.

— Оливер, я хочу остаться друзьями. Но это все, что я могу тебе предложить.

Он скрипнул зубами и, ничего не ответив, развернулся и пошел к перрону.

А я? Я облегченно выдохнула, с души словно камень свалился. Можно было снова возвращаться к проблемам конкурса и Жоржу.

Когда я вернулась на площадь, там вовсю шло представление с исчезновением старушек: одна уходила, вторая появлялась. Публика была в восторге.

Как только номер закончился, начался звездный час Жорика. Он безошибочно определял овощи и тут же их съедал.

А вот Жоржа и членов комиссии нигде не было видно.

Я дождалась, пока старушки спустятся со сцены и поймала близняшек за ширмой.

— Не знаете, где Жорж?

Старушки пожали плечами.

— Кажется, они пошли обедать в «Ложки и Вилы».

Я кивнула — время было как раз для позднего обеда или даже раннего ужина.

— Непростой выдался день, — тяжело вздохнула Вилли.

— Хоть и интересный, — добавила Милли.

Я заметила, как Вилли изменилась за эти дни. Издалека близняшки по-прежнему казались одинаковыми, но вблизи были заметны перемены: прибавилось морщинок, под глазами залегли глубокие тени. Неужели все из-за ритуала?

Милли повела Жорика домой, а Вилли осталась устало сидеть на лавочке.

Поразмыслив, я решила не идти в столовую, а остаться на площади. Пусть Жорж спокойно пообедает с комиссией — не буду их прерывать.

Да и за порядком на площади кто-то должен следить.