Книга Пассажирка, страница 21 – Виктория Серебрянская

Это было так странно. Я почти балансировала над пропастью, пытаясь спасти собственную шкурку, а рядом богатые обитатели люксов даже не подозревали о том, кто я такая. «Ротонда» постепенно заполнялась пассажирами. За соседним столиком пара пожилых арлинтов негромко обсуждала котировки акций на Дарисе, совершенно не замечая, что в метре от них разыгрывается драма. Звон дорогого хрусталя и приглушенный гул десятков голосов сливались в ровный шум, который должен был скрывать наши слова, но на нервах мне казалось, что каждый мой вздох звучит как выстрел.

Дариан лишь усмехнулся в ответ на мои язвительные слова, но в его бирюзовых глазах промелькнула странная, почти печальная искорка.

— Родители всегда были полны планов на мой счет, это правда, — неожиданно легко согласился со мной блондин. — Но они, как и ты, часто недооценивают мою способность… менять курс на нужный мне в последний момент.

Он вдруг подался вперед, оказавшись так близко, что я почувствовала аромат его кожи — тот самый, из воспоминаний. Как оказалось, несмотря на мои усилия, я так и не смогла вытравить его из памяти до конца. И теперь мое тело отозвалось предательским теплом, которое я так старательно гасила все эти годы. Еще и Дариан, будто намеренно усиливая эффект, протянул руку и кончиками пальцев коснулся пряди моих волос, выбившейся из-за очков.

— Ты не спросила, женат ли я, Агги, — вкрадчиво продолжил он. — Ты просто предположила худшее. Все такая же колючая...

Я замерла. Даже на миг затаила дыхание. Вдруг показалось, что всех этих лет словно и не было. Что я все еще учусь в академии, а мы с Дарианом сейчас направляемся на практику. Или возвращаемся с нее в академию. Что я по-прежнему юная и беззащитная. Не знающая еще, каково на вкус предательство…

— Это не имеет значения, — фыркнула я, опомнившись. И дернулась, уходя от его прикосновения. — Твоя личная жизнь — последнее, что меня сейчас волнует. Куда важнее, почему ты решил, что у тебя есть право диктовать мне здесь условия.

Торн знакомым жестом чуть откинул голову назад, наградив меня пристальным и насмешливым одновременно взглядом бирюзовых глаз. На его чувственных губах промелькнула торжествующая усмешка:

— Потому что Ворн не спускает с тебя глаз, — он кивнул в сторону бара, не оборачиваясь. — И потому что я единственный на этом корабле, кто не будет задавать лишних вопросов, когда в твою каюту придут с «плановой проверкой систем». А они придут, поверь мне. Ворн из тех, кто предпочитает вскрывать нарывы превентивно.

Я почувствовала, как по спине снова пробежал холодок. Чемодан. Кейс Малистера. Во время рейса Служба Безопасности на корабле — царь, бог и президент в одном лице. Если Ворн зайдет в мою каюту, он точно не откажется переворошить все мои вещи. А я не сумею его остановить…

— И что ты предлагаешь? — мой голос стал тише. — Бесплатную защиту от старого друга?

Я все еще пыталась язвить. Но как бы ни старалась, голос выдавал мое напряжение и тревогу.

— Друг — это слишком громко сказано, — Дариан выпрямился, неуловимо меняясь. И его лицо снова стало идеальной маской непроницаемого спокойствия. — Давай назовем это временным союзом. Твоя каюта на палубе «А» хороша, но моя — в секторе «Зенит». Там не просто конфиденциальность, там экстерриториальность. Ни один инспектор безопасности не имеет права пересечь этот порог без санкции правительства Альянса. Там у Ворна нет прав. Никаких.