Книга Пассажирка, страница 126 – Виктория Серебрянская

В его потемневших бирюзовых глазах плавилось глубокое, спокойное тепло, от которого внутри все сладко заныло. Я тонула в этом ласковом южном море. А Дариан смотрел на меня так, будто я была его единственным якорем в этом сходящем с ума мире. И в этом взгляде было столько нежности, смешанной с отчаянным желанием меня уберечь, что все мои шпильки и колючки, подготовленные для защиты, просто растаяли. Как на солнце лед. Я не могла применять их против Торна. Только не против него. Возможно, я очень скоро пожалею об этом своем решении… Но это будет потом.

Я перевернула руку, переплетая свои пальцы с длинными и сильными пальцами арлинта, и почувствовала, как тепло его ладони успокаивает испуганный стук моего сердца. Мне больше не нужно было играть роль «железного капитана» — по крайней мере, здесь, за этим столом. Я просто верила ему. Вопреки всему. Не потому, что он был сыном своих родителей или дипломатическим работником с очень обширным и пугающим опытом, а потому, что он был моим Дарианом. Тем, кто даже в шаге от пропасти думал не о трибунале, а о моих израненных руках.

— Я знаю, — тихо ответила я, и это была чистая правда. — Теперь мы двое против всей Галактики?

Дариан едва заметно улыбнулся — одними уголками губ, и эта улыбка предназначалась только мне.

— Как минимум. Но главное, что мы двое, и что мы — есть.

Он поднес мою руку к губам, запечатлев короткий, почти невесомый поцелуй на том самом месте, где на запястье краснел след от его пальцев. Секунда тишины, от которой в животе запорхали бабочки, а потом он отпустил меня и поднялся, снова превращаясь в того, кем его хотел видеть Старфф. Но в воздухе все еще дрожало нечто необъяснимое, что произошло между нами — наша общая тайна, наше тихое «вместе».

— Пора, Агги. Нас ждут, — Дариан допил чай одним глотком и принялся собирать использованную посуду назад в контейнер.

Он подошел ко мне, когда я встала, и осторожно поправил воротник моего комбинезона, на мгновение скользнув пальцами по моей шее. Короткое, почти невесомое касание, которое сказало больше, чем любая клятва.

— Идем «есть кактус», — криво усмехнулась я, стараясь вернуть себе привычный тон.

— По крайней мере, мы теперь не на голодный желудок, и у нас больше шансов на успех в этом нелегком деле, — в тон мне ответил Торн, и на его лице на миг промелькнула ироничная полуулыбка, которую я так любила.

Контейнеры исчезли в приемнике утилизатора, и мы вышли наружу. Дверь за нами захлопнулась с тяжелым, окончательным звуком. Впереди был Старфф, Арганадал и война, которую мы не выбирали, но в которой нам предстояло уцелеть. Любой ценой. Ради Марка.

Путь до кабинета адмирала занял меньше минуты — Старфф не лукавил, когда сказал, что поселил нас рядом. Но эти несколько метров по стерильно чистому, тихому коридору офицерского блока показались мне длиннее, чем переход через гиперпространство. Здесь не было суеты ангаров или гула жилых палуб. Только мягкий свет, глубокие тени в нишах и пугающая, давящая тишина, в которой каждый наш шаг отдавался глухим эхом.

Я кожей чувствовала, как в Дариане снова просыпается арлинт — та самая холодная, древняя уверенность расы, которая привыкла смотреть на хаос Галактики свысока. Его походка стала бесшумной, взгляд — направленным вглубь себя, но рука, которой он на мгновение коснулся моей талии, перед тем как оповестить адмирала о нашем приходе, была по-прежнему сильной и горячей.