Книга Обреченная невеста Хозяина северных гор, страница 96 – Любовь Песцова

— Не считал, но думаю, что все же немало.

Я перетащила несколько шкур на пол, чтобы можно было с комфортом усесться возле очага, и теперь активно грелась. Ариан подумал немного и примостился рядом.

— Где ты всему этому научился?

Он какое-то время молчал. Думала уже, что не ответит. Но он протянул мне чашку с ароматным напитком, который нужно было закусывать сухим галетой, после чего очень сухо пояснил:

— Я потерял родителей в период войны. В десять лет пришлось бежать из собственного замка. И сопровождал меня в изгнание не полк солдат. Со мной отправилась только Мэри, которая сама была почти ребенком. В этом составе пришлось прорываться через земли, охваченные войной и просить защиты у своих сородичей драконов.

— Как долго прорывался?

— Около семи месяцев. Потом еще несколько ушло на подготовку к встрече. Попытки доказать, что от меня будет польза, если драконы вернут мне земли моих предков. В общем, домой я вернулся через три года. И за это время бывало… разное. Как-то один из вассалов дракона из рода Ван Дер Скейл решил, что если меня не станет, то земли могут достаться ему.

— Попытался убить?

— Запер меня в подвале, решив замуровать заживо в небольшой каморке, — кивнул Ариан. — Пришлось выживать с тем, что имелось в карманах. Сначала взламывать дверь, потом пробираться через катакомбы... В общем, навыки остались.

Я вертела в руках несчастную галету, задумчиво глядя на профиль Ариана.

— Что потом было с тем, кто тебя запер?

— Я его убил, разумеется. Кажется, отправил голову главе его рода в качестве предупреждения.

— В десять лет?

— Кажется, мне уже было одиннадцать.

Жуть какая. Хотя как историк я понимаю, что в политике детям приходится рано взрослеть и принимать непростые решения, в том числе и устраивать такие акции запугивания. Но все равно пробирает.

— С тех пор я не позволял себе расслабляться никогда.

— Мм… Понятно.

— Понятно?

Кажется, он опешил. Развернулся, взглянув на меня так, словно я была восьмым чудом света.

— А что?

— Это все, что ты можешь сказать после моего рассказа?

— Тебе нужна какая-то конкретная реакция?

Он усмехнулся, но все еще имел слегка шокированный вид.

— У тебя вообще есть сердце? Когда я рассказывал эту историю опытным воинам, они утирали скупую слезу.

— А дамы млели и падали к твоим ногам, — закончила я за него. — Советую присмотреться к тем воинам, что не могли сдержать слез. Они наверняка тоже к тебе неровно дышат.

— Ты сейчас шутишь?

— Разумеется, — кивнула я. — Умение шутить с совершенно серьезным видом — это дар, который был у меня намного раньше резонанса.

— Ты меня поражаешь. Тебе вообще не жаль маленького меня?

Жаль, конечно. Но смысл сейчас об этом говорить? Поплакать? Не время и не место. Пусть лучше считает меня бесчувственной.

— Я ведь знаю, что ты выжил, — пожала я плечами.

Ариан наклонился ко мне, практически нависнув надо мной. Близко. Очень. Настолько, что я снова начала вспоминать наш недавний поцелуй.

Оказалось, с этого момента прошло меньше суток. Только сегодня днем дело было. А кажется, минимум месяц.

— Знаешь, пожалуй, ты самая удивительная женщина из всех, что мне встречались.