Книга Обреченная невеста Хозяина северных гор, страница 44 – Любовь Песцова

Я мягко улыбнулась, сжав руку женщины.

— Все хорошо. Ничего бы не случилось. Я знаю, какую монету я давала. Они все разные и по весу и на ощупь. Так что у него не получилось бы меня обмануть.

— Ох, и правда. Я что-то не подумала, — всплеснула руками она. — Выходит, зря устроила тут скандал. Ты бы и сама справилась.

— Ничего, — кивнула я. — Мне было приятно. Спасибо вам. Не часто сейчас встретишь хорошего человека.

— И то верно. Ну, раз уж взялась за тебя, вместе поедем, — поставила меня в известность женщина. — Зови меня Гретта.

— А я Зорина, — представилась я.

Каюсь, имя я свистнула у девушки, которая работала в замке герцога. Я даже не знала, кем именно. Кто-то из прислуги, но больше я не знала. Только один раз услышала, как окликнули. И решила, что если сбегу, назовусь именно этим именем.

Да, мне всю жизнь не особо нравилось имя Зоя. Но, во-первых Зорина звучит намного лучше. А во-вторых, лучше выбирать что-то максимально похожее на то, к чему я привыкла. Меньше шансов, что я проигнорирую новое и вызову подозрения.

Гретта не собиралась отпускать свою добычу, плотно присев мне на уши. Она рассказала, что ездила проведать дочь, которая не так давно одарила ее внуком. Но вот молодая мать встала на ноги, оправилась после родов, а значит, пора и честь знать.

Вот и едет Гретта обратно в свой небольшой городок Фростхольм, который расположен к западу от столицы.

И как же хорошо, что герцог, здоровья ему и всех благ, такой вот замечательный транспорт придумал. И быстро, и доступно. А то тряслась бы сейчас Гретта на почтовых дилижансах.

Я слушала ее и думала о том, как не заблевать все вокруг. Стоило судну отчалить, начался тот же кошмар, что и по пути в герцогство.

Но в целом Гретта была права. По меркам этого мира путешествовать по морю действительно можно было быстро.

В среднем судно развивало скорость около семи узлов. То есть около семидесяти километров можно было преодолеть часов за пять.

По суше на гужевом транспорте требовалось больше суток.

Так что приходилось терпеть. В моем случае скорость была важнее комфорта.

И хуже всего было то, что морская болезнь тоже являлась какой-никакой, а приметой. То есть показывать, что меня укачивает, нельзя.

Здорово-то как!

И я пыталась держаться. Специально не позавтракала, чтобы потом не заблевать все вокруг. Но все равно было плохо. Настолько, что отвечать Гретте я, по понятным причинам, не могла.

Ничего, она вполне справлялась с поддержанием разговора и без меня.

Рассказала всю свою родословную. Уведомила, что в этом году ее любимую жимолость воробьи поклевали. Что у соседки кошка окотилась и теперь «эти наглые блохастые твари» будут гадить в ее клумбы.

За котов стало обидно.

В общем, персонаж был неоднозначным. Если вначале я приняла ее за типичную тетю божий одуванчик, то теперь не могла понять, нравится она мне или нет.

Но отсаживаться не спешила. Так даже лучше. Со стороны мы выглядим то ли как мать с дочерью, то ли как тетка с племянницей. Скорее второе. Слишком уже не похожи друг на друга.

Зато если кого-то будут расспрашивать об одинокой девушке, указать на меня даже не подумают.

Только через два часа Гретта смекнула, что я слишком молчаливая, и спохватилась.

— Тебя укачало, что ли?

Эх, не хотела признаваться, но и молчать уже нет смысла. Тут по моему зеленому оттенку кожи все понятно. И никакая косметика его не спрячет.