Книга Желанная, страница 72 – Майя Марук

Голос его неестественно задрожал и очень не вовремя осип. Во рту пересохло. За эти четыре дня он не раз представлял, как, когда и в каких позах будет брать свою женщину, но ни разу не осмелился проявить инициативу. Как будто был не демон, а ботаник в период позднего пубертата.

С Мамона дела обстояли еще хуже. Поэтому в спальню жены они приходили только тогда, когда были уверены, что она крепко спит. Но сегодня во взгляде Саломеи что-то изменилось. И Конрад почувствовал весь спектр эмоций, от радости до смущения.

— Разве это справедливо?

Спросила девушка и сделала шаг к нему навстречу. Конрад нерешительно отступил.

— Это так несправедливо, — она расстегнула верхнюю пуговицу рубашки. — Вас двое, и никто ко мне даже не прикасается.

Он слышал ее слова, но смысла не понимал. Взгляд был сосредоточен на тонких пальцах, которые методично расстегивали одну пуговицу за другой. Конрад облизнул пересохшие губы, не в силах оторвать взгляд от мраморной кожи.

Шелк соскользнул с плеч. Твердые соски манили. Требовали, чтобы он припал к ним губами, но Конрад стоял, не решаясь приблизиться. Саломея улыбнулась. Она вдруг вспомнила их первую встречу в этой жизни и как бесстыже он себя вел тем утром. А теперь лицо демона залила бордовая краска.

В этот раз она не растерялась. Взяла его ладонь и положила себе на грудь. Аккуратное полушарие поместилось в ладонь. Он осторожно сжал грудь и начал медленно, очень осторожно, сжимать напряженный сосок.

— Я так скучала, — она игриво закусила губу.

Конрад почувствовал, как член больно уперся в брюки. Она тоже почувствовала его реакцию, и пока муж не опомнился, впилась в его мягкие губы. Мир вокруг Конрада испарился. Он прижал ее к себе, ладонь скользнула под резинку шелковых штанов и сжала упругую ягодицу. Она застонала прямо ему в губы, но отстраниться не попыталась. Наоборот, прижалась сильнее. Демон потерял контроль.

— Не останавливайся, — прошептала Саломея.

— Не здесь, — ответил ей Конрад, но не отпустил.

Наоборот, палец демона проскользнул вдоль влажных складочек и проник в тугое лоно. Она вскрикнула, но не от боли, а от удовольствия. И не заметила, как в комнате появился Мамона.

Князь наблюдал за ними. Наблюдал, как гибкое женское тело льнет к демону. Она с жадностью отвечала на поцелуи брата, кусала его губы, требовала не останавливаться и громко стонала.

— Здесь, — потребовала жена.

— Не здесь, — поддержал брата Мамона и подошел к паре.

Его рука легла на голую спину женщины. Та выгнулась, и теперь уже второй демон потерял контроль.

Он вошел в нее быстро, нетерпеливо, требовательно. Пока брат ласкал жену языком, он нетерпеливо брал ее сзади. Входил до самого конца и плотно прижимал к себе, когда она билась в конвульсиях оргазма.

Они любили друг друга всю ночь. Конрад входил в нее ласково, трепетно, не спеша, давая насладиться каждым миллиметром своего тела. Мамона сжигал ее в порывистой страсти, не давая опомниться.

Саломея

Потерлась носом о плечо Мамона. Князь не двигался. Но я знала, что он улыбнулся. А вот Конрад поцеловал меня. Тоже в плечо. И я тоже улыбнулась. Комнату заливало яркое солнце. Тело приятно ныло. Вставать не хотелось, но мысль о том, что нужно вернуться в мастерскую, уже осторожно скреблась на периферии сознания.