Книга Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи, страница 82 – Ирина Манаева

— То, что поможет, - не выдаёт мне название или состав. Ну и ладно, даже если он требует яд, его право. Но что-то мне подсказывает, что всё же ему хочется излечиться.

Подношу три разных пузырька, и он выбирает с коричневым содержимым. Помогаю ему приподняться и выпить до половины, а потом он закашливается, и я тороплюсь подать воды. Видно, что горло обожгло горечью, и он жадно глотает жидкость.

— Спасибо, - смотрит на меня, а на лбу снова проступает испарина.

— Чем можно обработать рану? – интересуюсь. Наверное, он уже что-то предпринял, но стоит снова сделать новую перевязку, предварительно занявшись раной.

— Я не знаю, - качает головой.

— Но это же ваше?

Молчание становится мне ответом. Ясно, из двадцати пяти пузырьков ему известен лишь один. Решаю выбрать полынь, потому как спирта здесь точно нет, а она обладает хоть каким-то противомикробным свойством, и щедро поливаю ладонь.

— Где Эдда? – спрашивает Виджен, и я рассказываю, что она отправилась на поиск снадобий, и он кивает.

— Рана на ладони слишком глубокая, нужно зашить.

— Умеете?

— Да, если раздобыть иголку с ниткой.

— Я доверяю вам, - он слишком слаб, но в его голосе тем не менее слышится уверенность.

— Хорошо, сейчас вернусь.

Спускаюсь вниз, размышляя, не видела ли здесь иглы, но быстрые поиски с выдвижением ящиков не приносят результата. За окном город просыпается, слышатся голоса, и я делаю рывок к выходу, когда слышу шум внизу. Какой-то хлопок, отчего поворачиваюсь и стою, замерев от неожиданности. Обязательно стоит сходить вниз, вдруг сфера что-то сделала с Найлом, но сейчас у меня другая забота. И, подхватив юбки, спешу в ближайший дом за иглой и нитью.

Возвращаюсь довольно быстро и застываю у стойки, потому что слышу приглушённые голоса. Разговаривают наверху, по всей видимости в спальне, где разместился Виджен. Медленно ступаю, подбираясь ближе, надеясь услышать хоть какие-то обрывки фраз, игла зажата в руке. Единственное оружие против того, кто наверху. Но тут же за спиной торопливые шаги, и я резко оборачиваюсь, встречаясь взглядом с Эддой.

— Раздобыла кое-что, - держит в руках какой-то свёрток, а я прикладываю палец к губам, призывая к молчанию. Только наверху уже гробовая тишина.

«Что?», - спрашивает она одними губами, но я понимаю: мы спугнули того, кто приходил к Виджену. На всякий случай беру первое попавшееся – пресс-папье, которым, по всей видимости, пользовался бывший хозяин, и намерена применить его, как оружие, если вдруг кто-то встретится на пути.

В комнате Виджена лишь только он, и я подготавливаю иглу, обрабатывая её жидкостью одного из пузырьков, а затем накаляю её над огнём. Эдда выдаёт мне банку с какой-то мазью, и я не могу различить до конца соединение ароматов в составе. Аптекарь держится браво, сжимает зубы до скрежета, но молчит и терпит боль молча. После операции смазываю шов мазью.

— Кто был в вашей комнате? – интересуюсь, пока убираю использованные тряпки и вкладываю пузырьки в саквояж.

— Вы.

— Нет, я слышала голоса какое-то время назад.

— Ах, это, - усмехается он. - Иногда говорю сам с собой, - то ли врёт, то ли говорит правду. Я больше склоняюсь к первому. В любом случае, откровенничать со мной он не намерен.

— С чем связываете лихорадку?

— Дорога, - он принимается кашлять, и я провожу дальнейший осмотр, выявляя у него симптомы гриппа, возможно, бронхит тили того хуже. Думаю, тут есть и другие болезни, мир всё же отличается от нашего. Но у него явно сочетание орви и гнойного процесса в руке. Антибиотики должны помочь, только их нет! И не будет.