Книга Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи, страница 38 – Ирина Манаева

Локк искажает лицо, недоверчиво смотря на меня.

— Отпусти его, - прошу, не требую. Я всё ещё здесь среди нескольких орков, и моя судьба в их руках. Не могу приказывать, потому что я здесь никто.

Он поднимает руку, и Краг застывает, не усиливая нажима на чужое горло. Чуть отпускает железную палку, чтобы Юст набрал воздуха.

— Ты хоть представляешь, что он мог с тобой сделать? – интересуется у меня Локк, и Эдель призывает убить орка, который касался нас. Желает, чтобы эта зеленая мерзость ответила за обращение с высокородной эйрой. Кажется, смерть она бы перенесла проще, нежели надругательство.

— Да, понимаю, - киваю, смотря прямо в глаза вождю. Он действительно выделяется среди остальных, хотя бы своей внешностью, которая куда приятнее, чем у его воинов.

— И желаешь оставить ему жизнь? – усмехается, а я вижу, что рана на груди, которую я так старательно бинтовала, снова кровит. Из-за меня. Он пришёл сюда, чтобы спасти меня!

Молча киваю, и в глазах лучится уверенность. Возможно, когда-нибудь пожалею о своём решении, но не могу представить, что стану причиной чьей-то смерти.

— Слышал, Юст, - Локк толкает его носком сапога, будто его не слышно без этого движения, - девчонка решила сохранить тебе жизнь.

Орки переглядываются, будто не веря собственным ушам, а потом, как только Локк первым принимается смеяться, следуют за ним. Словно это неимоверно смешная новость. Слышатся похрюкивания, булькающие звуки и что-то неимоверное, что я и описать не в силах.

Краг всё ещё смотрит на вождя, которого называет нэром, и я понимаю, что это обращение к великопоставленному орку. Одно его движение и ему подчинятся, но он не сводит взгляда с меня.

— Уверена ли ты, маленькая ведьма, что он достоин этого?

— Да, - отвечаю, - как и то, что тебе следует срочно отправиться в постель.

Идти через отряд орков приходится не в лучшем виде. Ума не приложу, где теперь раздобыть платье, учитывая, что это было заговорённым. Соорудить наряд из тряпок, которые попадаются то тут, то там можно, как делают остальные. Только я привыкла шить больных, а не костюмы.

«Как только мы уберёмся отсюда, ты отправишься на поиски дикого тана», - рычит во мне Эдель. – «Я не намерена погибнуть в ненавистных Мёртвых землях потому, что у тебя совершенно нет мозгов! Пора разделиться!»

Просто игнорирую её, будто не различаю слов, а она продолжает причитать.

«Ты меня слышишь?» - испуганно спрашивает спустя минуту, а потом почти кричит. – «Немедленно отзовись! Ты слышишь меня?!»

Хочется ответить, как в мультфильме: слышу, слышу – не кричи. Только место неподходящее. Мало того, что меня признали ведьмой, так ещё и припечатают клеймо сумасшедшей, если стану говорить с собой.

Вижу злое лицо Лютеции, смотрящей на меня свысока. Кажется, даже успела сменить платье, потому как последний раз, когда мы виделись, у неё было тёмно-бордовое, да и вид теперь куда более живой, нежели после родов. Её коричневый корсет и песочное платье с пока ещё белыми манжетами оттеняют добротные сапоги из кожи. Я бы от таких не отказалась, пока что приходится щеголять в выданных Луфрой разодранных тапках.

Догадываться о том, какую функцию выполняет здесь любовница дракона, можно было без труда. Вряд ли она владеет сведениями государственной важности, которые несёт в Орвиг. Скорее всего, она обменяла свою жизнь на услуги другого рода.