Книга Ты мне больше не дочь, страница 10 – Ирина Манаева

— В конце концов ты мне должен, - решила Алиса, осматривая живот в зеркало.

Утром Юлю разбудил звонок в дверь. Вздрогнув, она пыталась сообразить, какой сегодня день и кого могло принести. Нет, не может быть! Неужели этот мальчишка поимел наглость прийти сюда?

— Я никого не жду, - встретила её немного испуганная Алиса в коридоре. Футболка, некогда бывшая ей впору, задралась, обнажив пупок.

Юля подошла к двери с ухающим сердцем и глянула в глазок. Удивившись, она открыла дверь.

— А позвонить не судьба? – спросила вместо приветствия.

— И тебе привет, - Лариса протиснулась мимо сестры, и, разуваясь, бросила в сторону Алисы.

— Как жизнь?

— Да так, - не нашлась с ответом племянница, натягивая футболку посильнее.

— Так чего не позвонила? – не понимала Юля.

— Ага, - повернулась к ней та. – Названивала тебе, а телефон молчит, - она многозначительно сделала большие глаза.

— Странно, - Юля ушла к себе в комнату. Телефон и впрямь был отключен, наверное, сел, а она даже не заметила.

Не смогла Лариса дозвониться, сразу бросилась сестру спасать, мало ли чего приключится могло, тем более с новыми обстоятельствами.

— Чаем напоишь? – прошла она на кухню, усаживаясь за стол.

Юля бросила взгляд на часы. Половина девятого. Зевнув, она поставила чайник и пошла умываться.

— Значит, с матерью жить решила? - услышала она сквозь шум льющейся воды голос Ларисы. – На учёт хоть встала?

Алиса говорила тихо, так, что Юле было слов не разобрать.

— Насчёт показаний правду сказала? А не то, как деньги найдём, а ты опять к своему сбежишь?

И вновь что-то невнятное. Юля отключила воду, застыв со щёткой во рту.

— Думаете, я совсем гнилая, да?

— Так чего нам думать? Человека по поступкам определяют. Вот и докажи, что не последняя dрянь.

Будто пощёчиной наградила тётка словом, отчего Алиса невольно поморщилась и опустила глаза.

— Если не хочешь брату помогать – проваливай отсюда, а задумала чего плохого…

— Не пугай, пуганая, - ответила девушка более грубо. Не нравились ей разговоры, сказала, что пойдёт – значит, так и будет. Сузила глаза, смотря волком, ощетинилась. Не по голове гладят. Раньше тётка другой была, всегда улыбчивая, добрая, на праздники деньги подкинет. А сейчас по другую сторону от неё. Заслужила? Конечно. Только не хочется подобного обращения.

— Я вам докажу, - процедила сквозь зубы и в комнату пошла.

Хлопнула дверь, а Юля всё стояла с зубной щёткой, потом будто очнулась и прополоскала рот.

— Не трогай ты её, - вошла на кухню, обращаясь к сестре. – Ничего хорошего из такого не выйдет.

Раскраснелась та, разнервничалась.

— Бальзама мне в чай капни, - попросила. – Ишь, как говорить будет. Постеснялась бы, - крикнула так, чтоб Алисе слышно было.

Трясло Ларису, прутом бы отходила девку так, чтоб сидеть больно было. Растёт молодёжь без принципов, без идеалов, только лишь о себе и думают. И вот чем обернулось для семьи: горем.

— Я с Витькой говорила. Есть один мужчина. Берёт много, но и защиту обещает хорошую. Посмотрит нашего Димку.

— Лариса, - как-то горько выдохнула мать. – Не знаю, как опять через это пройти. А если надежду Димке дадим, а ничего не будет?

— Лучше с надеждой, чем без неё. Садись, - усадила она сестру за стол. Схватила чайник, набрала воды и поставила. – Ничего, выдержим. Не такое выдерживали. Вернётся наш мальчик, - слёзы наполнили глаза, и она шмыгнула носом.