Книга Избранная огнём, страница 12 – Ирина Манаева

— Да он что-то принял! — скривился Красавчик. — Видишь, как лыбу давит? Ты дала, — свет резанул Тоннелю по глазам, от чего она зарычала и резко закрылась рукой.

— Пардон, — отвел фонарь Виталик.

— Придурок, — шипела Юля, пока перед глазами скакали зайчики.

— Зачем ты так? — подала голос Тами.

— Ладно, — поднял он руки, — плохая шутка, извиняюсь, — сделал он упор на последнем слове. — Ну и что ваши волки делают? — спросил он с апломбом.

— Ничего, — ответила я, — они словно ждут.

— Чего?

— Откуда мне знать! Просто сидит и смотрит на меня.

— Если бы вы втроем видели белку, — ткнул он пальцем в меня, Тами и Слепого, — я бы понял, но тут что-то не сходится.

— Закрой уже рот, — осадила его Тоннеля, — не надо было качка брать с нами.

— Ладно, я пошел, все равно билета в цирк нет, — Виталик развернулся и направился к выходу.

— Я тоже пойду, — сказала Тамуна и последовала за Виталиком.

— Что делаем? — оглядела оставшихся Тоннеля.

— Надо придумать, как осветить все помещение, — предложила я.

— Купим софит.

— Очень смешно.

— Давайте попросим у Хозяина! — внезапно озарило Юлю.

— Софит?

— Нет, большие фонари на батарейках.

— Может, лучше напрямую задать ему вопрос об этом месте? — Валера как всегда был на несколько шагов впереди.

— А что так можно было? — усмехнулась Тоннеля. — Слепой прав!

— Только как это сделать? — думала я.

— Вместе с запиской оставим кого-нибудь, — развела руками Тоннеля.

Но что-то мне подсказывало, что просто не будет. Только попробовать мы все же были должны.

— Идем? — Юля направилась к выходу, и я последовала за ней.

Слепой захотел остаться, его право, все взрослые люди, а мы пошли в дом. Я не слышала, когда он вернулся, может быть под утро, мы почти ничего не обсуждали, просто легли в кровати, оставив разговоры на завтра.

Вместе с нашим уходом из странного места Слепой снова стал слепым. Я видела утром, как он по обыкновению вытянул руки вперед, чтобы осязать пространство, и пошел умываться. Мне стало его жаль, он выглядел потерянным. Я взяла полотенце и встала рядом с ним.

— Не помешаю?

— Конечно нет, — подвинулся он, а я помогла ему с зубной пастой.

— Знаешь, Лия, я уже свыкся с тем, что мне придется провести остаток жизни в темноте, но сегодня, когда появилась надежда, я снова готов бороться, правда, сам не знаю как. Но если это происходит с нами, значит, не случайно. Мы должны были оказаться здесь, я не знаю зачем, но чувствую, что нам дают второй шанс.

— Когда ты вернулся?

— Мне не хотелось уходить оттуда, но сова проводила меня до выхода, я понял, что придется покинуть место, как только я переступил невидимую черту, соединяющую дом и проем, мир снова почернел, я стал искать вход назад, но его уже не было. Часы озвучили пять утра.

— Мне очень жаль, — я действительно жалела Валеру. Иногда в темноте, когда ничего не было видно, я представляла, что мой мир навсегда останется таким, и становилось невыносимо страшно от осознания. Но всегда была возможность выйти на свет, и страх уходил. Что творилось в его душе?

— Мы обязательно найдем ответы, — положила я руку на его плечо, поддерживая. С каждым днем эти люди становились мне все ближе, и, если есть шанс помочь, не задумываясь, сделаю это.

К вечеру мы составили список, в котором наряду с продуктами значились большие фонари. Переговорным отправили Виталика, хотя было предложение остаться на веранде всем вместе. Но две бессонные ночи давали о себе знать, а потому мы завалились спать раньше обычного, решая, что на сегодня в разведку не пойдем.