Книга Лекарь-попаданка. Трофей для дракона, страница 19 – Ирина Манаева

— Это невозможно. Закатный камень довольно крупный, - издевается он надо мной.

— Тогда как? – требую от него ответа, снова хватая своё платье. И на этот раз натягиваю, потому что вести переговоры одетой лишь в собственную кожу неловко.

— А вот это я хотел поинтересоваться у тебя «как». Как твоему отцу удалось проделать такое?

Глава 15

Первое, что помню, прибыв сюда, - старый храм, в котором обвалился потолок, убив отца Ивэльды. Что если генерал прав, и она умерла из-за того, что безумец пытался заключить в её тело огромную магическую мощь?

Вспоминаю о нескольких сильных девушках, не имеющих болезней, которые погибли несколько месяцев назад неизвестно от чего. Что, если Данадер Тарвейн искал способ, чтобы спрятать главную ценность ордена? А когда нашёл, сделал сосудом свою дочь?

Ива погибла, но её место заняла я. Не знаю для чего и как, мои представления о посмертии выглядели иначе. Сперва я не верила в загробную жизнь, но, когда от меня ушёл Ванечка, убеждала, что однажды мы встретимся. Только я даже не могла представить, что окажусь в ином измерении в теле взрослой девушки. И до сих пор не понимаю тех странных снов, в которых постоянно видела лицо Ауриманта.

— Ты ничего не помнишь? – в который раз задаёт вопрос генерал, будто мне надоест, и я выдам ему что-то другое. Он стискивает мой подбородок, смотря в глаза, но я отвечаю честно.

— Нет.

Вальт молчит, не разрывая контакта, а я чувствую себя лягушкой, которую в скором времени намерены препарировать.

— Даже если ты ничего не помнишь, и я допускаю, что ритуал мог повлиять подобным образом на твоё сознание, кровь тебя выдала. Потому она сияет золотом. Потому я не могу убить тебя, пока не найду возможность достать Оруэл.

Грудь сжимает, будто в лёгкие налили свинца. Не нахожу воздуха. Ауримант там просто говорит об убийстве, что по коже шагает мороз.

Внутри меня то, ради чего гибнут люди и сгорают города.

— И давно у вас появилось желание меня убить? – решаю уточнить.

— Пока не думал об этом, но мне не нравится, когда передо мной стоят какие-то запреты.

Фыркаю от такого ответа. Для него человеческая жизнь ничего не стоит.

— Скоро рассвет, - констатирует факт. – Дорога предстоит долгой, а потому необходимо хоть немного отдохнуть.

Спорить с ним бесполезно. Ложусь обратно, понимая, что качать права сейчас не выйдет. Теперь я точно не могу выбирать: гостья или пленница, потому что Ауримант выбрал за меня.

Утро приходит тихо, словно боясь нарушить ту странную, натянувшуюся тишину между мной и генералом. Небо над руинами храма, который драконы не пощадили, бледно-розовое, и первые лучи солнца скользят по одинокому дереву перед окном. Воздух дрожит, но не от холода, а от предчувствия неизбежного, как натянутая струна, которую никто не в силах унять. Голубоватая дымка плывёт по улицам, не успевшая развеяться после ритуала, совершённого нашими магами. Он держит в плену не только улицы, но и саму способность трансформации драконов. Это был единственный способ, способный удержать Камарвелл, но нам всё равно не удалось.

Драконы, которые спокойно обращались в других местах, теперь стояли на площади, не отличимые от жителей, если не брать во внимание их обмундирование. Прикованные к земле невидимыми оковами, не в силах обрести вторую ипостась.