Книга По ту сторону мира, страница 31 – Екатерина Мордвинцева

— Ладно, — сказала она. — Идём в кабинет. Будем оформлять отсрочку. Но, Дориан, — она подняла палец, — это последний раз. Если ты не справишься, если через месяц долг не начнёт уменьшаться, мы всё равно конфискуем лавки. Идёт?

— Идёт! — Дориан просиял. Его глаза загорелись золотом, и на секунду я увидела в нём того самого дракона — яркого, сильного, но такого неуклюжего в этом мире людей, счетов и штрафов. — Спасибо! Спасибо вам! Я не подведу!

Он шагнул ко мне и, прежде чем я успела опомниться, схватил меня за руку. Его ладонь была горячей, как печка, и огромной — она накрыла мою кисть целиком.

— Как вас зовут? — спросил он.

— Екатерина, — ответила я, пытаясь высвободить руку. — Но можно Кэт.

— Кэт, — повторил он, и в его голосе прозвучало такое искреннее восхищение, что я почувствовала себя неловко. — Вы ангел. Настоящий ангел. Если бы у меня были крылья, я бы…

— У тебя есть крылья, — напомнила Грета. — И ты ими уже достаточно махал в черте города. Пошли уже.

--

Когда мы вернулись в кабинет, Фредрик сидел за своим столом и пил кофе. Его лицо было непроницаемым, как каменная маска, но я заметила, что он поглядывает в окно. То самое окно, из которого открывался вид на площадь перед зданием.

Он всё видел.

— Докладывайте, — сказал он, не поднимая головы.

Грета шагнула вперёд и начала рассказывать. Я слушала её и чувствовала, как напряжение нарастает. Фредрик не перебивал, не задавал вопросов, просто сидел и слушал, и это было страшнее любого допроса.

— …и тогда Екатерина предложила дать ему отсрочку в обмен на ведение бухгалтерии, — закончила Грета. — Мы оформили соглашение. Дориан обязуется ежемесячно отдавать пятьсот альдов в счёт погашения долга, плюс вести учёт доходов и расходов. Если через три месяца долг не уменьшится хотя бы наполовину, мы запускаем процедуру конфискации.

Фредрик молчал. Я стояла у своего стола и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Сейчас он скажет: «Екатерина, вы превысили свои полномочия», или «Екатерина, вы не имели права предлагать такие условия», или просто — «вы уволены».

— У вас странные методы, Екатерина, — сказал он наконец.

Я замерла.

Он поднял голову и посмотрел на меня. В его тёмных глазах не было гнева. Там было что-то другое — что-то, что я не могла определить. Удивление? Интерес? Уважение?

— Они… работают, — добавил он. — Продолжайте.

Я выдохнула. Кажется, я даже не дышала всё это время.

— Но в следующий раз, — он поднял палец, — прежде чем заключать соглашения от имени Управления, согласовывайте со мной. В письменном виде. В двух экземплярах. С визой начальника отдела.

— Хорошо, — выдохнула я.

— И, Екатерина, — он взял чашку с кофе, — бухгалтерию Дориана придётся вести вам. Он не справится сам. Вы это понимаете?

Я замялась. Честно говоря, я надеялась, что дракон как-нибудь сам разберётся с цифрами. Но, глядя на его огромные ладони, которыми он мог раздавить палатку, но не мог удержать перо, я понимала: Фредрик прав.

— Понимаю, — сказала я. — Я справлюсь.

— Уверены?

— Нет, — честно ответила я. — Но попробую.

Фредрик кивнул. И мне показалось, что уголок его губ чуть-чуть приподнялся. Всего на миллиметр. Но я это заметила.

— Тогда идите, — сказал он. — И заберите у Греты соглашение. Оно понадобится для отчёта.