Книга Магия моей крови, страница 55 – ЮЭл

— Это ты меня прости. — его голова склонилась к левому плечу, позволяя разглядеть бледно-серую кожу. Неужели он всегда был таким несчастным? Я же раньше считала Геката высокомерным гордецом. Желание быть подальше от людей, короткие ответы, недовольное выражение лица. И лишь сейчас я понимаю, что некроманту было тяжело там, где живет счастье и смех. Выражение лица было не НЕдовольным, а печальным. А короткие ответы, это способ скрыть всю боль, что накопилась в сердце. — Я нашел мага, который может знать, где находится второй рубин.

Из рук выпала квитанция, полученная от портнихи. Рубин! Тот самый, с помощью которого Кристиан сможет вернуться в свой мир. Мир, в котором ему место. На этот раз сердце заныло. Да, ему сегодня несладко. Из одного чувства в другое, как в омут с головой и без предупреждения. Слезы подступили к глазам. Я хотела протянуть руку и смахнуть их, как всегда. Но силы покинули тело, следом за сердцем, что отказывалось оставаться там, где ему причиняют боль. Много лет оно, покрытое мхом и грязью, затвердевшее как камень, было замуровано во льдах. Я позволила чувствам взять верх. Позволила себе привязаться к человеку, который должен уйти. Сорвавшись с уголков глаз, теплые соленые слезы проложили тонкие дорожки по щекам.

— Я могу забыть о том, что я его нашел, развернуться и уйти.

В его словах не было и намека на сочувствие и поддержку. Видимо, сердце Геката соседствовала с моим много лет, замурованное во льду, прозябая в холоде и грязи и покрываясь мхом. В голосе не было и намека, но я знала, он дал мне выбор. Выбор, на который я не имела права.

Найдя в себе силы, я вытерла слезы, в очередной раз решив, что не время. Гекат протянул квитанцию. Даже не заметила, когда он поднял ее с земли. Использовал магию? Маловероятно. Амулеты дали бы о себе знать.

— Прости. — снова извинилась я за то, что позволила себе слабость. Ему в несколько раз тяжелее.

— Не думаю, что за любовь надо просить прощения. — Мне был протянут платок. Белоснежный. Потрепанный годами, но бережно хранимый. — Уверен, что за любовь не надо просить прощения. — И он улыбнулся.

Никогда не видела столь доброй и одновременно грустной улыбки. В серых глазах застыла многолетняя мудрость, которой не должно быть в столь юном теле.

— У тебя на ближайшее время много важных дел от успеха которых, в прямом смысле слова, зависит будущее.

Гекат похлопал меня по плечу и развернулся, чтобы уйти.

— Я не могу решить за него.

Казалось, что, высказав слова и получив их подтверждение, я как будто должна было бы получить облегчение, но оно не последовало.

— Свою любовь я потерял. Если бы сейчас стоял вопрос и сохранение тайны, хоть на какое-то время, чтобы чуть дольше побыть возле нее, я бы промолчал.

Я шла, домой размышляя о словах некроманта. Он прав? Мне стоит промолчать? Но разве Кристиан не имеет права знать о том, что есть возможность вернуться к себе домой? Может, его там ждут. Я же не знаю, что у него за жизнь. Да я, по сути, совершенно ничего о нем не знаю.

Сердце сразу же запротестовало. Кристиан — разведчик, шпион, лазутчик, ищейка. Он не обижает женщин и детей, не любит быть в должниках и ненавидит мышей. Крыс! Он ненавидит крыс.

Дверь в мой дом со скрипом открылась. Еще час назад, порхающая от переполняющие чувства, я переступила порог выжатая как лимон. Нельзя вверять в руки одного человека право выбора за жизнь другого.