Книга Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора, страница 68 – ЮЭл

— С прискорбием готов признать, что повинен в том, что Эль приехала домой на празднование Нового года. Я, знаете ли, был лишен родителей, почти с рождения. — Мое сердце больно сжалось, от его слов. Захотелось снова обнять его, но вместо этого сжала частично сожженное платье и продолжила смотреть в пол. Не могла заставить себя посмотреть на мужчину, что оставил меня на верную смерть. — Будучи сиротой, мне казалось, что не существует весомой причины, отказываться от семьи.

— Что, малявка, не сгорела?

Подняв глаза, столкнулась с полным презрения взглядом. Я никогда не знала его любви. Мне неведомо, что это такое. Но желание получить от него похвалу всегда затмевало все остальное. Мечта, что я смогу занять место подле короля, человека по своей природе, двигала вперед. Меня не останавливало ничего, ни отсутствие денег, ни мысль о потере девичьей чести. Как же я была глупа.

— Я бы рекомендовал Вам убавить количество потребляемого алкоголя, — ректор стряхнул несуществующую пыль с брюк.

— Тебя никто не спрашивал, молокосос.

— Не спрашивал, — согласился некромант, закинул ног и сложил руки на груди. — Я знал одного мужчину, который готов был стереть с лица земли все королевство, убить всех людей и магов, лишь бы отомстить за смерть дочери.

На лица мужчины не отразилось ни одной эмоции. Как всегда, холодный и спокойный.

— И? — отец наполнил кружку дешевым пойлом и отхлебнул.

— Я бы не согласен с его методами, но шел на уступки, закрывал глаза на ошибки, нарушал законы как государственные, так и моральные. И не только из-за того, что его дочь была мне дорога, — сердце больно сжалось в груди, и я поняла, что не дышу, — но и потому, что он был хорошим отцом, потерявшим свое дитя.

— Я говорил тебе, — отец вскочил и одной рукой отбросил в сторону стол со всем содержимым. — Говорил, что ты не обладаешь магией. Говорил или не говорил?

Его кулаки были сжаты, когда он направился в мою сторону. Я отступила, осознавая, что пощечиной не отделаться. Но неожиданно отец рухнул на колени и схватился за грудь.

— Не надо, — прошептала я, но мою просьбу услышали.

Ректор вырос за спиной отца, который завалился набок. Он посмотрел на пьяницу с презрением и почти плюнул в лицо фразу:

— Я ее забираю!

* возврат

«Наш мозг отчаянно пытается защитить нас от всего плохого. Порой в своих попытках, именно мозг лишает нас воспоминаний, оставляя после себя лишь неосознанный страх перед неизвестным».

— Ой!

Мы переместились посреди покоев в доме семейства Рройс, что мне выделили во время прошлого визита, слегка задев кого-то. Кого именно я увидеть не смогла, так как стоило мне дернуться, как мою голову прижали к могучей груди.

Из кармана выскочил мышонок, которого я нашла возле чемодана с вещами, а точнее, с вещью. Одно-единственное платье — вот и весь багаж.

— Пи-пи-пи, пи-пи, пи-пи-пи-пи-пи…

Меня упорно отказывались выпускать из цепких объятий, несмотря на попытки вырваться. Дымок определенно кого-то отчитывал, но вот кого, я видеть не могла. А посмотреть хотелось.

— Стыд и срам, — оповестил Барсик, когда ректор, хмыкнув, разомкнул объятия, позволяя отойти. Почему-то отходить не хотелось.

— А что здесь было?

Я уже знала, что когда кот смотрит в сторону некроманта с вертикальными зрачками, мне никто ничего не расскажет. Вздохнув, развернулась и осмотрелась. К счастью, не было ни головокружений, ни тошноты, ни обморока.