Книга Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора, страница 6 – ЮЭл

* * *

Площадку мы очистили к вечеру. К счастью для меня и негодованию Рэма, занятия начинались только на следующий день. Он, казалось, обрел второе дыхание и готов был ринуться в бой: только позови, я же вспомнила детство.

Тетка отца так часто ругала меня за то, что папенька спивается, а мать умудрилась умереть, что проводить все время как можно дальше от ее злого языка было лучшим способом избежать проблем. Я с самого детства бегала по домам богатых господ и просилась помогать по хозяйству. Чаще всего меня, дочь ведьмы, гнали взашей. Но в те дни, когда меня загружали работой, я показывала себя настолько ценным помощником, что на следующий день меня готовы были брать без вопросов о моих родственных связях.

Когда же пробудилась магия, лес стал мне домом родным. Приходилось работать в два раза больше, чтобы успеть и в магии попрактиковаться, и денег, которые тетка начала забирать, заработать.

Направляясь в свою комнату, я потирала плечи и негодовала на нового ректора, когда услышала голос господина Фоера:

— Ты считаешь, что есть связь между исчезающими магами и кем-то из преподавателей?

Я остановилась на полпути, затаив дыхание. Исчезающие маги… Неужели Алексан в курсе того, что магов крадут и продают на черном рынке? Испугавшись того, что могу быть обнаружена, юркнула за ближайшую колонну. К счастью, весь коридор от входа до обеденной залы пролегал через два ряда идеально выверенных и равноудаленных колонн.

— Пока нет смысла кого-то обвинять.

Спокойный, почти убаюкивающий голос ректора нельзя было спутать с кем-то.

— Что говорит Кристиан?

Однажды Алексан Фоер рассказал о друге по имени Кристиан. Если я правильно помню, его перенесли из другого мира и времени. Мы как раз обсуждали использование магии в качестве не оружия, а спасения. Преподаватель рассказал, что его нынешняя супруга, единственный на сегодняшний день обладатель магии молнии, смогла запустить остановившееся сердце любимого.

Мы были под впечатлением, так как такого никогда не происходило. Все известные нам способы запустить сердце после смерти касались некромантии. Тогда маг возвращался в мир как умертвие, но никак не живой человек. Я была тронута рассказом о столь могущественном маге, как метательница молний, поэтому запомнила имя ее супруга.

— Я не хотел бы втягивать его в это дело, пока обладаю теми крохами информации, которые у нас есть.

— Ты же знаешь, что с ним этой информации может стать втрое больше.

— А еще я знаю, что Эва носит под сердцем третьего ребенка.

Преподаватель по магическим боевым искусствам грязно выругался, чем заставил меня одновременно смутиться и улыбнуться.

— Могли бы и сказать.

— Думаю, она еще не в курсе.

Интересно, что такого произошло с этим мужчиной. Невозможно быть настолько безэмоциональным. Даже грозный господин Фоер тает от одного упоминания о детках.

— Как это? — не понял одноглазый.

— Я почувствовал второе сердцебиение, когда был недалеко от нее.

— Дай, догадаюсь, ты развернулся и ушел. — Фоер сказал это так, словно такое поведение обычно для нашего ректора.

— Решил заглянуть в другой раз.

Их шаги отдалялись, пока я, присев на корточки, переваривала услышанное. В первую очередь надо отметить, что наш ректор — очень странная личность. Во вторую — надо поговорить с ребятами. Наше внутреннее расследование касаемо пропадающих магов зашло в тупик. Мы уже разрабатывали план, как выйти на покупателей, когда все хвосты оборвались. Может, из-за того, что одноглазый маг и молчаливый некромант влезли в это дело?