Книга Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора, страница 117 – ЮЭл

— В такие минуты все исчезает, не так ли?

Кристиан сложил руки на груди и странно смотрел на нашу троицу.

— Я не смогу отступить. Поначалу думал, что если потребуется… Но теперь…

— Понимаю, брат.

О чем говорили мужчины, я не понимала, но когда хозяин дома подошел и забрал ребенка, одновременно обрадовалась и расстроилась. Малыш был прекрасен, пока спал. Да и объятия ректора пришлось оставить. Точнее, он встал и, протянув руку, помог подняться мне. Вот тут и пришло осознание проведенных на полу двух с половиной часов. Ноги затекли, но меня удерживали за талию.

— Как Эва?

— Уставшая, но счастливая. Ребенок здоров.

Некромант двинулся в сторону выхода, продолжая удерживать меня за талию.

— А кто родился? — прошептала я на ухо ректору, потому что постыдилась спросить об этом хозяина дома.

— Сын. — Оказалось, Кристиан следовал за нами. — Моя ведьмочка родила сына.

— Всё мужчины хотят сыновей, — пробубнила я. Простая истина, известная всем. Никому не нужна супруга, что не способна произвести на свет продолжателя рода.

— Я феминист, так что не имею никаких предпочтений по поводу пола ребенка. Главное, чтобы все были здоровы, и Эва недолго мучилась. И, как мне известно, Гекат тоже мечтает о дочери.

Сказав это, Кристиан подмигнул и, смеясь, исчез в дверях покоев дочери.

«Тот, кто намеренно влезает в неприятности, не имеет права терять бдительность».

— Агат, а ты хотел бы сына или дочь?

Друг поперхнулся куском хлеба.

— Мика, ты чего? — вместо друга ответила его красавица-девушка.

— Просто интересно.

Не говорить же, что удивлена желанием ректора завести не сына, а дочь.

— Вру-у-ушка.

Барсику я перестала рассказывать о своих переживаниях, потому что он все чаще начал смеяться и говорить что-то вроде:

«Ты все еще такой ребенок».

«Не думаю, что я должен тебе об этом рассказывать».

Или его любимое: «Бедный Гекат».

Эту фразу фамильяр использовал так часто, что я с точностью начала определять, когда кот озвучит ее.

А еще я не хотела делиться некоторыми чувствами, в которых совершенно не разбиралась, но с которыми не хотела расставаться. Как-то само собой получилось так, что Барсику в последнее время я вообще мало что рассказывала. И с чего он решил, что я врушка. Нет, это, конечно, правда, но…

— Почему это «врушка»?

И снова он кряхтит, заливаясь смехом, вместо ответа.

— Я, — Агат притянул к себе Стэллу. — я бы хотел дочь. Такую же точную копию моей красавицы.

И этот хочет дочь. Что с ними не так.

— А как же сын? Продолжение рода и всё такое.

Влюбленные посмотрели друг на друга затем на меня и почти синхронно пожали плечами. Стелла ответила за двоих.

— А что мешает нам завести двоих, троих или четверых?

— Ты в своем уме? — Мой голос огласил столовую. — Они плачут. Они постоянно плачут.

На счет постоянно, я, конечно, перегнула палку. Один вечер с ребенком не делает меня экспертом, но…

— Хочешь большую семью?

Эти двое талантливо игнорируют всё и всех.

— Я единственный ребенок в семье. Всегда мечтала о доме, наполненном детьми. Где шум и гам целый день.

Сумасшедшая какая-то. Вот у меня никогда не будет детей.

— Прекрасная мечта. — Агат склонился над белокурой красавицей, готовясь к поцелую. Мы с Рэмом, который, кстати, сидел молча, всегда отворачивались во время подобных сцен. — Обещаю исполнить ее.