Книга Грозовое небо, страница 111 – ЮЭл

В комнату вошли Деметрий, Амир и Эрик.

— Повелитель! – произнес последний.

— Я подарил твоей ученицы занятного мальца. Ну, же подойдите, посмотрите. Он такой милый. Чего встали как истуканы?

Волки переглянулись, нетерпение морского властителя передалось им, и оба шагнули к своей подруге. Деметрий первым протянул руку и получил разряд. Странно, но несмотря на то, что лис был у нее на руках, ее ударом не зацепило.

— Ай, – вскричал друг, – больно же.

— Между прочим, вставил седовласый властитель, – на языке няньки, которая меня воспитывала, слово «боль», звучит как агри. Ну или как-то так.

— Агри. – попробовала девушка. – Агри. Мне нравится.

Царь улыбнулся, слегка наклонил голову, снова подмигнул и направился к выходу, обращаясь к Эрику.

— Старый друг, с утра возле главных ворот, вас будет ждать запряженная парой черепах колесница.

Всё. Их визит окончен, им больше не рады. Не выкинули в открытый океан, и то хорошо.

Эту ночь, Василиса не спала. Боль от потери чего-то, чего на самом деле и не было, преследовала ее. И даже маленькое существо, будто осознающее все, что происходит и старающееся прижиматься к ней крепче, не уменьшило тянущее и режущее изнутри чувство.

Маришка.

Зима вступила в права в полную силу. Как бы Маришка не упиралась, но мать настояла на праздновании ее дня рождения.

— Ты отказываешь мне в помолвке, ты отказываешь мне в браке, ты отказываешь принимать свой титул хранительницы врат, хоть в этом уважь меня. – Причитала Мариетта Якобна. – Тем более, это политически выгодно. Война не за горами, а твои именины – отличная причина собрать все народы и поговорить с каждым в отдельности.

— Она права. – сказал Ральф в ту же ночь, крепко обнимая ее.

— Я знаю, – грустно вздохнула Мари, – и именно поэтому я не хочу празднования. Слишком рано говорить о будущих битвах. Большая часть стаи еще приходит в себя. Сесиль отлично справляется, ее девочки постоянно в лазарете, мы собираем травы, но на дворе зима. Даже твои раны не до конца затянулись.

— Смотри-ка – с улыбкой произнес любимый, – ты уже думаешь, как альфа-жена, печешься о своей стае.

— Да ну тебя.

— А что? Лично меня, все устраивает. Правда, замуж за меня выходить публично ты отказываешься, даже сватовства избегаешь. Матери твоей не говорим, деда попросил держать язык за зубами.

— Хочу подождать пока закончиться война.

— Моя маленькая девочка.

Она и сейчас предпочла бы находиться в объятиях любимого, а не стоять на пороге поляны и наблюдать за тем, как воздвигают шатры и украшают деревья.

Возле нее вырос куст лилии. Маришка отыскала глазами кузину и улыбнулась ей. Кто-кто, а Кики явно была как рыба в воде во всей этой ситуации. Предпраздничная суета и подготовительные хлопоты, были ее любимыми занятием, после шитья нарядов, конечно. Бегая от одного шатра к другому, она умело раздавала указания.

К вечеру поляну было не узнать. Под куполом, что возвела Кики, свисали разные фрукты. Столбы, удерживающие тяжелые шатры, были увиты луноцветом, глицинией и плющом. В пяти шагах друг от друга стояли костры огня, на которых жарилось мясо.

— Моя волчица! – с любовью произнес Ральф, подошел и осмотрел ее.

И снова на ней наряд, который сшила Кики. Длинное платье в виде лилии с открытыми плечами из белого верха, после корсета, медленно переходящего из светло-лилового в темно-синее, и теплая накидка на плечах. Сам же вожак был в белой свободной рубахе и штанах из вареной кожи. Ему, как волку, холод не страшен.