Книга Иллюзия прихоти, страница 37 – ЮЭл

— Мы с ним вместе воевали. — Рэн, шел рядом, приноровившись к моему шагу, с засунутыми в карманы руками. — Самый сильный воин в империи. — Он резко обернулся, прежде чем заговорщически прошептать на ухо. — Только ему не говори, что я так сказал.

— Почему?

— Раздражает просто. За что не возьмётся, все — то у него получается. Прям злости не хватает.

Я улыбнулась. По какой-то причине, слова Рэна были как бальзам на душу. Эхо был самым странным, необычным, и непонятным, из всех существ, которых мне довелось повстречать на жизненном пути. Но именно от этого существа, сердце билось быстрее, на душе теплело, а силы множились.

— Вот и с тобой ему повезло. Прямо — таки, подарок судьбы. — вторгся в мои мысли эльф.

— То есть?

Как — как, а подарком меня точно не назовешь. Тоже мне, удача!

— Найти истинную… Скажем так, такое не каждому дано. А этот дурак, еще сомневался.

Истинность. Истинность. Я слышала об этом.

— Что это значит?

— Найти истинную?! — Рэн задумался. — Довольно сложный вопрос, для того, кто не испытывал подобных чувств. Говорят, что истинная пара, это когда один раз и на всю жизнь. Понимаешь?

Я отрицательно покачала головой. А затем добавила.

— У дриад нет истинных пар. Мужчина нужен только лишь, для продолжения рода.

— Ох, дорогуша… — в его взгляде сквозило сочувствие. — Я не отрицаю важность деторождения. Но поверь, процесс ничем не хуже результата.

Меня эльф не убедил.

— Я знаю, что вас воспитывают на одной лишь только мысли — защита королевы, и народа. Но ты не лишена знаний о том, откуда берутся дети.

— Я знаю о чем ты говоришь, Рэн. Мужчины — любители понаделать бастардов в каждом доме. Не понимаю только к чему ты ведешь.

— К тому, моя милая, что истинность не позволяем, ни мужчине, ни женщине, пытаться делать бастардов в чужих домах.

— Ооо… — протянула я. — А вот это было интересно. Они становятся больными, если захаживают к другим.

— Ну, если любовь можно назвать болезнью. — задумчиво протянул Рэн. — Понимаешь, просто обрубает. Не хочешь больше никого и ни с кем, кроме истинного.

— Почему?

Единственный мужчина, на которого я засмотрелась, был Эхо. И то, лишь потому что, он предстал передо мной полуголым, и оказался безумно красивым. Меня учили, что люди страшные уродливые существа. Большая часть из них, была довольно симпатичной, как оказалось позже. Но Эхо был не просто симпатичным. Может и тянуло меня к нему, только потому что он не был похож на остальных? И, вовсе это не истинность.

— Но, разве истинность не относилась к нимфам и драконам? — вспомнила я рассказ. — Это, вроде как, исключение. Прихоть природы. Когда совершенно не совместимые по природе существа, становятся истинной парой друг другу. Такое возможно между нимфами и драконами. Правильно?

— И да, и нет.

Шаг вправо, выпад. Присед, выпад. Шаг в сторону, деревья образуют защиту в виде щита. Поворот, заостренный ствол пробивает защиту из камня. Хлыстом влево летят лианы.

Сирена была бесподобна. Ее навыки превосходили все ожидания. Природа слушалась ее так, как не слушалась никого. Пожалуй, такая могла бы занять место королевы.

Но Сирена дриада, а не нимфа. Какой бы красавицей и умницей она не была, ее задача — защита королевства. Впрочем, как и у меня.