Книга Завидная нервно-тревожная невеста, страница 70 – Виктория Рогозина

— Теперь ты дома, — сказал он, его голос звучал низко, словно эхо старинных колоколов. — Скоро ты будешь править вместе со мной, наравне. Тебе больше не нужно будет скрываться.

Я лишь фыркнула, облокотившись на один из резных деревянных столбов. Его слова не произвели на меня никакого впечатления.

— Не хочу, — спокойно ответила я, стараясь сдержать улыбку.

Кощей, явно не ожидавший такого равнодушия, нахмурил брови. Его темные глаза сверкнули недовольно, но он всё ещё сохранял самообладание.

— Что не так? — спросил он, голос его слегка напрягся, но в нем ещё сквозила попытка удержать контроль.

— Я не разговариваю с противным, — сказала я, бросив на него взгляд, полный презрения, словно передо мной стоял не могущественный бессмертный, а обычный подросток, выдумывающий правила.

Эти слова задели его куда сильнее, чем я предполагала. В мгновение его холодное, величественное выражение лица сменилось вспышкой ярости. Он сжал кулаки, и тонкие мышцы на его лице напряглись.

— Противным? — произнёс он, явно изо всех сил сдерживая себя. — Ты смеешь говорить так со мной?

Теперь он больше походил на истеричного подростка, чья гордость была оскорблена, чем на грозного бессмертного правителя. Это меня развеселило.

— А ты как думал? — ухмыльнулась я, глядя, как его самовлюбленная маска трещит по швам. Его идеальный образ разрушался на глазах, и в этом было что-то забавное, особенно учитывая его попытки казаться величественным.

Кощей тяжело дышал, его губы сжались в плотную тонкую линию, а взгляд стал неистовым. Очевидно, он не привык к подобному отношению. Смертные склоняли головы, боготворили его, а я — последняя из рода Марены — смела говорить с ним так, будто он просто обиженный мальчишка.

Его раздражение только усиливало мою иронию.

Я осмотрелась вокруг, с легкой насмешкой отметив массивные деревянные стены терема, богато украшенные резьбой и древними символами. Всё здесь, от сундуков, доверху набитых золотом, до тяжелых гобеленов, явно кричало о вечной жадности Кощея.

— Бля, ну проведи мне интернет, — протянула я, с насмешкой наблюдая, как Кощей замер в ужасе.

Он резко обернулся, как будто мои слова были чем-то невозможным, что нарушало все законы его бытия.

— Она еще и ругается! — воскликнул он с нотками неподдельного шока в голосе.

В его глазах зажглось что-то новое — не восторг или гордость, а чистое недоумение. Теперь он, кажется, не так уж был рад перспективе взять меня в жены. Я посмотрела, как он метался по комнате, сжимая и разжимая кулаки, бормоча себе под нос.

— Сила... Власть... Да от неё избавиться можно будет потом... — бубнил он, теряя всякий образ грозного бессмертного.

Я не могла удержаться и рассмеялась.

— Напомню, я замужем, — спокойно заметила я, смотря, как Кощей мечется, словно подросток, затеявший неудачную аферу.

Он замахал рукой, словно это было совсем не важно, даже досадно отмахнулся.

— Лишь бы ты была девственницей, — выдал он, явно считая, что всё, что ему нужно для получения власти, это правильная жена.

— У меня двое детей, — напомнила я, смотря ему в глаза с легкой ухмылкой.

Кощей замер, застыл на месте, как будто гром ударил прямо в терем. Его глаза округлились, а рот слегка приоткрылся, но через пару секунд он, казалось, снова пришел в себя.