Книга Измена. Расплата за (не) любовь, страница 49 – Фиона Сталь

Я улыбаюсь, едва удерживаясь, чтобы не расплакаться от счастья. Он здоров. Наш сын здоров!

Максим наклоняется ближе, и я вижу в его глазах блеск — смесь гордости, радости, и лёгкой растерянности. Он протягивает руку, осторожно касаясь крошечной ручки нашего мальчика, и не может сдержать улыбку.

Затем, он проводит рукой по моим волосам и целует меня в лоб, шепча:

— Ты — просто чудо, любимая моя. У нас с тобой получилось. Мы стали родителями!

Его слова касаются самой глубины моего сердца, и я чувствую, как слёзы сами текут по щекам. Я прижимаю сыночка к себе, и этот момент — самый счастливый в моей жизни. Я всё ещё не могу поверить, что это произошло, что теперь у нас есть этот маленький человек, который будет расти с нами, смеяться, говорить, познавать мир…

Максим касается головы нашего сына, с трепетом смотрит на него и, смахивая слезу, шепча:

— Привет, малыш. Я твой папа.

* * *

Меня и сыночка переводят в палату — здесь тишина и покой, кажется, что весь мир замер, оставив нас втроём в этом маленьком уютном пространстве. Максим остаётся рядом, не отходит ни на шаг, с нежностью смотрит на сына и, кажется, не может на него налюбоваться.

Я чувствую его руку на своей, такую тёплую и крепкую, и понимаю, как сильно он привязан ко мне и к этому маленькому человечку.

— Аня, я люблю тебя. Спасибо за нашего сына. За это чудо.

В его словах столько эмоций, столько нежности, что у меня перехватывает дыхание. Я встречаю его взгляд, в котором отображаются счастье, благодарность и… надежда. Максим хочет быть частью нашей жизни.

— Макс, — тихо произношу, отводя взгляд и чувствуя, как сердце сжимается от слов, которые мне приходится произнести. — Это не твой сын. Сколько повторять.

Я вижу упрямую уверенность в его глазах — он не хочет верить мне, не может поверить…

— Аня… я знаю, что ты чувствуешь ко мне, — Макс берёт меня за руку, крепко сжимая, и продолжает, будто пытаясь убедить не только меня, но и себя. — Я ведь был с тобой. Я буду с вами, я обещаю.

Мягко убираю его руку и делаю глубокий вдох, набираясь сил. Внутри всё протестует, я чувствую его боль как свою, но знаю, что не могу позволить ему идти вместе с нами после обмана.

— Прости, Макс… Это правда. Ты придумал сказку, что этот малыш твой и сам в нёё поверил. Возвращайся туда, откуда пришёл.

Максим смотрит на меня, и я вижу, как в нём что-то ломается. Он молчит, на его лице мелькает боль, которую я причинила словами, но он ничего не говорит, только кивает. Осторожно наклоняется, целует малыша в макушку и тихо шепчет:

— Я всегда буду рядом. Всегда.

Он уходит, оставив в комнате тишину… и гулкие отголоски всех тех слов, что не были сказаны…

Сижу в палате и не могу отвести глаз от сыночка. Как же он похож на Максима — та же линия подбородка, темные волосики и этот хмурый взгляд, как будто он уже возмущен чем-то. Маленький, совсем беззащитный, но характер у него уже проявляется — будь здоров. Стоит мне чуть отойти от кроватки, как он начинает кричать, требуя, чтобы я вернулась. А уж какой у него аппетит! Кушает, сопит, а потом сразу снова во весь голос требует меня к себе.

Я больше не чувствую себя одинокой. Этот маленький человек — мой смысл, моя опора. Я уверена, что справлюсь, как бы тяжело ни было. Материнство наполнило меня уверенностью, о которой я раньше даже не подозревала…