Книга Шаманка поневоле, страница 86 – Shy Hyde

— Что если Гром займёт пост?

— Тогда я разочаруюсь в тебе, Николас.

— Что делать с боковым претендентом?

— Избавься от него. Пусть отправится вслед...

Дальше я не слышу. Мы с Миром ещё какое-то время сидим под крышей и спускаемся в галерею. Услышанное не обсуждаем.

В субботу с Грымзой идём к шаману. На этот раз на меня не цепляют никаких браслетов. Теоретически я могу убежать. Но не могу. Нельзя. Ночью забрали Мира.

— Неужели его казнят, товарищ Анакондовна? — спрашиваю ректоршу.

— И что вы так печётесь о преступнике? — недовольно ворчит она.

— Но что он сделал?

— Воровал документы с моего стола. Папки с именами, леди.

Молча доходим до филармонии, которая в этом мире является бубнохрамом и обителью Верховного шамана.

Внутри всё очень красиво. Отделка из светлого и тёмного дерева. Мраморные колонны, вокруг некоторых лавочки. В центре фойе большой фонтан. Только работает он как-то слабенько. Но, возможно, так и задумано. Перед тем как войти непосредственно к шаману, я разуваюсь. Поверх одежды нам выдают белые накидки. Как в стационаре.

Верховный сидит внутри очерченного круга в позе лотоса, словно между небом и землёй. Вокруг него восемь стражников. Люди, драконы, лисы и коты. Грымза показывает им какой-то браслет, и её пропускают в центр. А меня оставляют за кругом. Шаман, конечно, представляет собой странное зрелище. Я знала, что он ни жив ни мертв. Но увидела просто иссохшую мумию. Вокруг подносы с дарами. И чего там только нет. Но, в основном, печенье, местные деньги в виде деревянных кубиков и разноцветные камни.

Впервые я видела, как Грымза, эта злобная грымза, плакала.

По иссохшему лицу шамана тоже текли слёзы. Я мысленно попросила благословения вернуться домой и чтобы Мира выпустили. В качестве дара преподношу батончик. Но... коты мне его возвращают. Роюсь в сумочке, нахожу купюру в 10 рублей с Красноярском. Коты заинтересованно смотрят, принимают. Но больше ничего не происходит. И что теперь, я получила благословение?

Выходим из храма. Грымза берёт меня за руку, ведёт к лавочке под деревом.

— Сядем, — говорит она.

А мне ничего не остаётся. Она же вцепилась, как клещами.

— Не хочу в таком состоянии возвращаться. Совсем плох мой милый Грэмси. А винят меня во всём.

— Почему?

— Меня отдали замуж в девятнадцать. Ему было за сорок. В день нашей свадьбы его избрали Верховным шаманом. На двадцать лет. Потом на второй срок. В тот год претендентов было двое. Он и старуха Ни. Но кто-то пустил слух, что её единственная дочь изменяет обещанному жениху с драконом рода Лонн и даже замуж за него собирается вопреки воли родителей. Кстати, вскоре после этого он пропал. А небо ЯроКанска затянула пелена.

— И дожди прекратились.

— И щупальца появились. Три года я училась передвигаться на них. Смирилась. Идёмте, леди. Нужно готовиться к завтрашнему обряду. Пусть вам попадётся достойный кандидат, который благословит вас на возвращение домой.

— Вы говорили, иномиряне не возвращаются.

— Только те, кого не ждут дома, — Грымза сжимает мою ладонь. — Я помечу вашу дверь, Элла.

— Элла, я ждал вас, — в холле встречает Ни-Ни. — Товарищ Грымза, позвольте мне забрать леди с собой.

Ректорша отпускает меня с деканом. Идём к нему. Не знаю зачем. Смутное, неприятное чувство давит внутри.