Книга Неправильная Золушка, или Всем сестрам по тыкве, страница 71 – Лесана Мун, Дарина Ромм

— Э-э-э, здравствуйте, — произношу, заходя в комнату. Представляюсь: — Я Анна Ротшибельд, соседка по комнате и подруга Лори.

Женщина в ответ смотрит на меня, как на пустое место. Не отвечая на мое приветствие, поворачивается к Лори и нагло требует:

— Выгони ее! Наш разговор еще не закончен!

— Но… — теряется подруга, а я втыкаю руки в бока и сообщаю надменной дамочке:

— Пардон, но я никуда не уйду! А вот вам не мешало бы ответить на приветствие и сказать, кто вы и с какой стати мою подругу обижаете!

Женщина поворачивается ко мне, изумленно поднимает одну бровь. А Лори кидает на меня умоляющий взгляд и начинает торопливо объяснять:

— Анна, прости, я тебе не говорила, но… Мое второе имя — Золушка. Я здесь не просто так. Я на задании: спасаю сказку и этот мир от катастрофы, — показывает на женщину. — А это моя крестная-фея Шалама. И у нас большая проблема со сказкой…

Что⁈ Что-что⁈ Лори — Золушка⁈ А я тогда кто?

Оторопело перевожу взгляд с расстроенного лица Лори на надменную физиономию «крестной».

— Ты не можешь быть Золушкой, Лори. Это я Золушка! Меня сюда забросил мой фея, и это моя сказка пошла совсем не в ту сторону! — отвечаю я наконец.

— Что⁈ Да какая ты Золушка! Врушка наглая, — фыркает эта… как ее Лори назвала? Шалама, кажется. Имечко так себе, конечно, но ей идет.

— Я — Золушка, и у меня есть… — снова начинаю я.

— Самозванка! — перебивает меня Шалама и ногой в серебристой туфельке как топнет со злостью. — А-а-а, я поняла!

— Что вы поняли? Что отправили свою подопечную не по тому адресу? — интересуюсь с иронией.

— Поняла, что ты отрицательная героиня, решившая пролезть в чужую сказку, чтобы испортить ее! Теперь понятно, почему у нас все наперекосяк идет! Пакостница мерзкая! Пошла вон! — и фея замахивается на меня своей указкой с набалдашником.

Я отскакиваю в сторону. Лори испуганно вскрикивает.

— Эй-й, вы бы так себя не вели, дамочка! Сначала разобраться нужно, кто тут самозванец, а потом уж драться кидаться, — пытаюсь приструнить фею, но она уже переключается на Лори. Начинает осыпать мою подругу оскорблениями, среди которых «тупица» и «недотепа» — самые милые слова.

Вот так добрая волшебница! Какая-то злобная фурия, а не фея! Пожалуй, тут мне повезло больше, чем Лори. Мой Грег, хоть и бестолковый иногда, но понимающий. Умеет признавать свои ошибки, а признав, пытается исправить. Не ругается, как торговка рыбой на базаре, разговаривает вполне мило, интеллигентно…

И надо же, только подумала про него, мой фей тут как тут. Выходит из-за шкафа со своей довольной улыбочкой, во всем великолепии розовой шевелюры и со словами: «Что за шум, а драки нет?».

Видит размахивающую своей указкой фею Лори и кривится.

— А, нет, драка есть. Шалама, не душа моя, опять скандалишь? Что тебе понадобилось в моей сказке, заноза высокомерная?

Женщина, увидев Грега, сразу переключается на него. Начинает надувать щеки и тыкать указкой в его сторону. Визжит:

— Это ты, тупица единороговый, что тут делаешь? Ты уже достал меня!

— Я к своей подопечной Золушке пришел, — отвечает Грег невозмутимо и отвешивает мне элегантный поклончик.

В ответ Шалама начинает краснеть-бледнеть и потрясенно шепчет: — Не может такого быть! Ты все врешь, Грег! Наверняка все перепутал, не в ту сказку забрался, баран бестолковый!