Онлайн книга «Протокол 06 «Ева»»
|
─ Значит так, ─ он покопался в дипломате, вынул папку. ─ Исходя из твоих сведений, он находился в штабе вертолётного полка при взятии Сарагосы. Его имя есть в списке офицеров за позапрошлый год. Разумеется, в списках за прошлый год отмечено, что он погиб. Но данных об обычном воинском захоронении нет. Пишут, что погиб в бою, сгорел в вертолёте. А мы с тобой знаем, что это не так. ─ И? Это наша стартовая информация, ─ заметила Валентина. ─ Что изменилось? ─ Именно вначале я совершил ошибку, ─ ответил Кежман. ─ Из всех возможных вариантов развития событий, я не подумал только об одном. О том, что он мог выжить на той вертолётной площадке… Валентина покачала головой: ─ Это невозможно. ─ Почему же? Судя по его медкарте, он был крепкий малый. ─ А пуля в груди? ─ Вот именно! ─ кивнул Кежман. ─ Я сравнил описанные тобой ранения с медкартами всех военнопленных сначала, а потом и всех заключённых собственных лагерей Союза, то есть тех мест, где мог оказаться дезертир или предатель, или кто угодно из собственных военных. ─ Владислав, простите меня, ─ вздохнула Ристич. ─ Я свела вас с ума этим поиском. ─ Вовсе нет. Это оказалось единственной ниточкой. Понятно, что командование решило скрыть инцидент. История у Сарагосы подчищена до дыр. Офицер застрелил троих человек насмерть, четверых покалечил. Такой герой никому не нужен. Официально там ничего не произошло. И если я прав… Кежман вернулся к бумагам. ─ Двадцать пятого июля, то есть через три дня после событий, в одну из колоний особо строгого режима для военных преступников поступил человек. Без указания имени и звания. Так, вот! Первичный медицинский осмотр показал огнестрельные ранения лёгкого, печени и правого бедра. В крови содержались остатки лекарственных препаратов и большое количество биостимуляторов роста клеток, благодаря которым он, наверное, и выжил. А за сутки до вашего спасения Сергея ещё лечили. ─ Вы стали называть его по имени? ─ невесело улыбнулась Валентина. Кежман кивнул: ─ Мы с тобой так давно занимаемся поиском его могилы, что я привык к нему, как к родному. Так вот, общее состояние… Владислав на секунду остановился в сомнениях, надо ли перечислять. ─ Сломаны ребра, разрыв селезёнки, множественные гематомы, тут много всего. Но это тоже говорит в нашу пользу. Ведь его не могли просто так поднять на ноги и отправить по этапу. Я думаю, эти три дня они использовали для… Кежман замолк на мгновение, заметив болезненное выражение на лице лейтенанта Ристич. ─ Это не суть, ─ наконец продолжил он. ─ Заключённый без имени, но есть номер. По этому номеру приговорён к расстрелу. Но данных о смерти снова нет. ─ А вы думаете, они каждого протоколировали? ─ заметила Валентина. ─ Нет, ─ Владислав полез в дипломат, ─ я знаю, что они этого не делали. Но я оставил его номер в списках поисковой службы Красного креста, как только началась проверка военных тюрем на территории обеих конфедераций, и… номер всплыл. Валентина вздрогнула. ─ В базе данных рудника на острове в Карском море, ─ продолжал Кежман. ─ Адский холод, тёмные тоннели. Туда привозили людей только для одной цели ─ умирать. Это объясняет, почему заключённого не казнили в колонии. В общем, с ним сейчас разбирается доктор Беспалов из международного военного госпиталя, куда мы и едем. |