Книга Стражи: Тайна Тересара, страница 93 – Юлия Давыдова

— Гидеон… – прошептала Ровена.

— Что?! – возмущение Турмистрова было абсолютно оправданным. – Поправьте, если я не прав! Кайсаров скрыл от нас, что он оборотень! И не только от нас, вообще от всех. Если этой записи нет в его личном деле, значит, он подделал результат анализа крови и снимок ауры при приёме на работу! Это преступление, Бельская! В его случае с отягчающими обстоятельствами! Он, бестия его возьми, не ласковый лисёнок! Все драконы в списке видов, не допущенных к приёму в службу стражей. Из-за того, что нрав слишком буйный! Из-за того, что в ярости могут не арестовать нарушителя, а откусить ему голову!

— Гидеон, пожалуйста… – Ровена прижимала Рафаэля к себе так, словно хотела защитить его от всего своими объятиями.

Кайсаров тоже держался за неё обеими руками, уткнувшись лицом в её грудь, и поджав колени к животу. На Рафаэле не было одежды, ведь она разорвалась в клочья, и по кровоточащему телу прокатывались судороги. Глядя на эту картину, Турмистров наконец совладал с возмущением.

— Да во имя всех святых… – он сбросил со спины рюкзак, вынул сложенное рулоном тонкое одеяло, развернул его и подошёл к Ровене и Рафаэлю.

Встав на колени рядом, накрыл голые бёдра Кайсарова, а потом начал снимать свой руножилет. Ранозаживляющие заклятия должны были помочь.

— Давайте наденем на него, размер у нас одинаковый, – предложил Гидеон, но Александр, сидевший рядом на корточках, отрицательно покачал головой:

— Руножилет не нормализует оборотневую трансформацию. Есть способ лучше.

Он протянул Ровене мокрый кусок руножилета:

— Это Рафаэля. Осталось на дне.

Стало понятно, зачем Александр спускался в реку. Он развернул кусок потайным карманом наружу и вынул из него пакеты с руническими наклейками. Турмистров разглядывая вещицы, на которых крупными буквами было нанесено название – «Кормилица», издал лёгкий смешок:

— Корф, что это?

Александр вложил пакеты в ладонь Ровены.

— Я заметил это у Кайсарова, – произнёс он. – Ты начала кормить его, ведь так?

Гидеон перевёл взгляд на Бельскую.

— Это… – она сглотнула, – это просто любовная игрушка.

— Если он тот, кто я думаю, – Александр посмотрел на Рафаэля: – Человеческое молоко с кровью – его естественное питание. Если ты начала кормить его, это должно было спровоцировать проявление драконьей крови. Но эта смесь прекрасно подходит и для того, чтобы её унять.

При этих словах Кайсаров хрипло вздохнул и попытался отвернуться от Ровены. Мышцы его по-прежнему не слушались, и попытка закончилась неудачно. Бельская схватила его:

— Рафаэль…

— Не надо, – прошептал он.

— О, наконец-то! Явись, искра сознания, – недовольно пробурчал Гидеон. – Кайсаров, успокойся. Мы пытаемся помочь. Я конечно зол на тебя безмерно, но твоя жизнь дороже моего гнева.

— Не надо… – упрямился Рафаэль, пытаясь уйти из объятий Ровены.

Но не смог, захлебнувшись болью судороги, прокатившейся по телу.

— Так, всё! – Бельская свалила его, крепко зажала, и взглянула на Александра: – Ему нужно молоко и кровь? Всё правильно?

— Да, – уверенно ответил Корф.

— Господа, извините…

Ровена отпустила Рафаэля, и пока тот пытался отползти от неё, быстро сняла руножилет, расстегнула китель, надорвала футболку под ним, расстегнула лифчик и, освободив грудь, прилепила наклейку.