Книга Хранитель талисманов 3, страница 121 – Юлия Давыдова

— И чему же ты так рад? — мрачно спросила Гинева.

— Когда-то я был другом воительницам, — произнёс повелитель и, казалось, задумался, а потом взглянул на Браду.

— То время прошло, — напомнила берегиня. — Меня ты едва не убил.

— Да, Брада, — Скарад опустил голову, словно признавая вину. — Что же поделать, каждый выполнял роль, назначенную пророчеством.

В тишине, наставшей на пятачке пространства, где стояли оборотни и берегини, тяжело вздохнул Рир:

— Чего тебе надо, тварь?!

Никита обернулся к нему, а Скарад улыбнулся.

— Рир, — мягко произнёс он, внимательно разглядывая оборотня. — Ты и не знаешь, как много тепла чувствует к тебе хранитель.

Рир не в силах сдержаться, рычал, но повелитель внезапно произнёс:

— Ему плохо без тебя. Приходи к нам.

— Что? — не поверил оборотень.

— Рир, приди ко мне, — повторил Никита. — Я тебе кое-что покажу. Это важно.

В своём пленённом сознании Велехов испугался того, что сказал, но страх оставить Рира в неведении, позволить думать, что его брат мёртв, оказался ещё сильнее. Никита хотел сказать ему, что Димка жив прямо сейчас, но не мог. Скарад позволял говорить лишь то, что было нужно ему.

Гинева и Брада сощурились, обе сразу, заметив, что глаза хранителя на мгновения посинели чуть больше, а Рир хмурил брови, не зная что сказать.

Велехов обернулся к Арнаве, чувствуя безмерное облегчение от того, что она жива, но и отчаянную вину, за то что сделал.

Повелитель произнёс всё за него.

— Почему ты не осталась с мужем, лазурная дева? — спросил он.

Берегиня дышала через раз:

— Ты хотел меня убить...

— Нет, — мягко возразил Скарад, — лишь поцеловать. Не надо было сопротивляться. Сейчас ты была бы с нами, не жалела бы ни о чём и сама целовала бы хранителя.

Арнава, тяжело дыша, смотрела в глаза Никиты. Такие чужие.

— Вернись к мужу, лазурная дева, — произнёс Скарад. — Он страдает без тебя.

Берегиня молчала, потому что удивилась и растерялась после этих слов, как и все в общем-то. Что-то было не так. Сильнейший тёмный дух дракона-оборотня, захвативший тело Никиты, повёл себя совсем не так, как ожидали.

— Чего ты хочешь? — спросила Гинева. — Помимо того, чтобы жена и друг хранителя пришли к тебе.

— Чтобы вы ушли, — спокойно произнёс Скарад.

Это вызвало тишину удивления на многие мгновения.

Гинева, наконец, наклонила голову, глядя вопросительно.

— Объясни-ка мне, — сказала она. — Ты хочешь, чтобы мы оставили тебя и хранителя в Темрюре. Вместе с народом, который живёт здесь и в остальных землях Триярии.

— Именно так, — мягко ответил повелитель. — Этот город станет мне новым домом и новым царством. Навия больше не принадлежит мне, она ваша по праву завоевания. Но эти земли свободны.

— Не свободны, — заметила Гинева. — Трияры ими владеют.

Скарад засмеялся:

— Я не изгоню их. Те, кто захочет признать меня своим повелителем, пусть останутся. Остальных... заберите. Алавия приютит всех обездоленных, ведь так?

Берегини, да и князь с Вурдой едва справлялись с удивлением.

— Ты что думаешь, тебе кто-то поверит? — первым не выдержал Иван. — Тебе? Ты воевал с Алавией! С Воградом! С Рилевой! С Вулавалом! Уничтожил столько людей! Тебе убить тысячи — да ты даже не заметишь! И ты говоришь оставить тебе народ? Трияров? Которых ты уже потрепал!

— Уймись, князь, — тон, с которым это было сказано, заставил Ивана недовольно замолчать.