Книга Хранитель талисманов 1, страница 87 – Юлия Давыдова

— Хватит мне, сколько есть, — отмахнулся князь.

Он не проводил оборотней на корабль, остался на причале. Смотрел, как подняли мостик и отвязали швартовые канаты. Княгиня Евстолия подошла к сыну и набросила на его плечи одеяло. Воины его охраны улыбнулись, но на лице Владимира не появилось стеснения. Он привлёк мать к себе и обнял.

А Никита вдруг понял, что молодость и внешность князя обманули его. В мире, где рос он сам, в двадцать лет парням не приходится управлять огромными землями с тысячами людей. Не приходится возглавлять дружину и всю ночь проводить в седле с открытой раной, оставляя за собой кровавый след, терпя боль и держась в сознании. А по возвращении домой первым делом идти к родным своих убитых воинов, чтобы выслушать всю боль, которую они будут на тебя изливать.

Чувство долга никогда не было таким понятным Велехову, как сейчас. Сердце Владимира не озлобилось, не закрылось от чужого горя, и, будучи князем, он ни на минуту не забыл о том, что он ещё и сын. И должен приносить радость, как должно любому ребёнку. Он делал всё это, ни о чём не жалея, не спрашивая, есть ли у него другой путь и надо ли ему рисковать. Таким же был Иван, так же поступал Рир, этому следовал Димка… и Арнава.

Никита знал уже достаточно о её месте в этом мире и понимал, что она не встретит его с распростёртыми объятиями. Хотя сейчас отдал бы всё именно за такую встречу. Но Арнава стояла на палубе отходящего от берега корабля с Рагором и тихо говорила с ним.

Дракон-оборотень вдруг наклонился к ней, едва касаясь губами её уха, и что-то зашептал. Арнава не отстранилась, и рот Велехова наполнил неприятный горький вкус. Ревность оказалась похожей на гнев: так же передёрнуло мышцы и тело бросило в жар. Никита резко отвернулся. Это всё ни к чему. У него нет права ревновать.

— Хранитель…

Голос Рагора вызвал у Велехова спазм, но он обернулся к нему со спокойной мордой.

— Надо поговорить, — произнёс дракон-оборотень, — иди за мной.

* * *

Уже в каюте, за плотно закрытой дверью, Рагор сказал:

— Иван и Софья, наверное, многое объяснили тебе, но я хочу понять, что ты на самом деле знаешь о талисмане и о возможном развитии событий.

Никита отчаянно искал способ унять нарастающую с каждой минутой неприязнь к золотому дракону, так что прошёлся по каюте и лёг на пол.

— О талисмане я знаю, что это талисман и всё, — ответил он, — один из четырёх. И мне следует привести его к берегиням. Они решат, что делать дальше.

Рагор улыбнулся немного снисходительно.

— Ты знаешь немного, — заметил он. — Талисман, созданный берегинями, состоит из восьми частей — четыре меча и четыре лезвия. Лезвия служат ключами, открывающими силу определённой стихии, привязанной к каждому из мечей. Пока они не соединены, мечи просто оружие в руках своего носителя, но с ключом — это сила самой природы, дикая, сметающая всё на своём пути. В руках берегинь сейчас только два меча и одно лезвие. Сила воды принадлежит нам. Второй меч — огонь, и у нас нет к нему ключа. У Скарада в Навии ситуация такая же. Ему принадлежит сила земли. Но в его городе хранятся ещё лезвие огня и меч воздуха. Ключ к последнему несёшь ты.

— Ясно, почему он так охотится за мной, — понял Никита. — Если получит лезвие, у него будет перевес. Два действующих меча против одного.