Книга Кулинарная фея в замке герцога, страница 125 – Полина Краншевская

Владыка развернулся и отвесил Жозефу хлесткую пощечину с такой силой, что эльф едва устоял на ногах. Державшая портал Аурелия вскрикнула и залилась слезами.

— Знай свое место, щенок! – рявкнул повелитель и пронзил широкую грудь Жозефа смертоносным лучом. Эльф охнул и упал на берег. Кровь стремительно растекалась по темным латам. Аурелия бросила портал и ринулась к Жозефу.

— Нет, Жози! – закричала она. Фея прорвалась к эльфу, рухнула возле него на колени и упала ему на грудь. – Нет! Любимый, не умирай! Не оставляй меня! Я не хочу без тебя жить!

— Уберите отсюда эту мразь. – Владыка поморщился и обернулся к Морису. Воины схватили рыдающую Аурелию и оттащили в сторону.

— Ты хотел убить меня? – со скучающим видом спросил владыка. – Ты, грязный перевертыш! Не тебе тягаться с моей силой. Верховная фея будет моей.

Он выставил перед собой руки, забормотал непонятные слова, и со всех сторон к нему потекла черная энергия тлена от служащих ему воинов. Владыка, как и я, был верховным и мог накапливать в себе силу соплеменников. Он поднял плечо для удара, его ладонь подернулась черной дымкой, будто сама смерть откликнулась на его зов и пришла пировать. Я всем телом ощутила исходящую от верховного эльфа силу разрушения. Он мог уничтожать жизнь лишь своим прикосновением. Но обладая таким могуществом, владыка отказался от ответственности, присвоил себе дарованную Богиней магию и заставил исполнять собственные желания. Так быть не должно.

— Не смей! – выкрикнула я и выплеснула наружу сфокусированную силу.

Кости заныли, между лопатками зачесалось, и я взвыла от боли, словно моя кожа пошла трещинами, выпуская что-то вовне. Но спустя мгновение, я почувствовала невероятную легкость. Я парила над берегом озера, а все, кто был внизу, таращились на меня круглыми глазами.

Я обернулась и увидела, что у меня за спиной трепещут золотистые крылья, а от них веером разлетается пыльца и окутывает меня сверкающим облаком. Сила теперь клокотала вокруг меня и требовала применения. Я сосредоточилась и приказала:

— Пусть владыка отправится на суд предков, а его воины уснут!

Взмахнув рукой, я устремила рой пыльцы к столпившимся на берегу эльфам. Те в ужасе бросились врассыпную. Повелитель с непониманием смотрел на мчащиеся на него искры и часто моргал, будто пытался сбросить наваждение, в надежде избавиться от пугающего видения.

Пыльца захватила его, впиталась в плоть, и владыка рухнул на камни, точно гнилое яблоко, погубленное собственной тяжестью. Его тело распалось, обратившись пылью. Порыв ветра подхватил частички и помчал их прочь.

Пыльца металась по берегу, настигая то одного эльфа, то другого. Стоило искрам поразить мишень, как воин тут же застывал на месте и падал на землю сраженный крепким сном. Скоро только рыдающая Аурелия, Морис, Итьен и я остались на ногах. Убитая горем фея вернулась к возлюбленному и принялась изо всех сил вливать магию в кровоточащую рану на груди.

— Правосудие свершилось! – грянул раскатистый бас с сереющего предрассветного неба. Темные тучи, нависшие над Зачарованным лесом, стремительно уносились на север гонимые ураганным ветром. – Впредь эльфы и феи будут исполнять заветы Богини, как и положено изначально. А вы трое станете хранителями мира.

Молния расчертила свинцовый небосклон, оглушительный гром сотряс землю. Стеной хлынул теплый летний ливень, и живительные струи унесли с собой все то, что произошло в самом сердце магического мира.