Книга Глупая жена. Как попаданка утёрла нос Дракону, страница 75 – Анна Кривенко

Я ничего на это предложение не ответила, но подумала о том, что таскаться за Рафаэлем в драконий дворец гораздо лучше, чем оставаться в доме с коварной Мартой…

Дворец представлял собой очень впечатляющее строение — не вычурное, не сказочное до абсурда, а внушительное и тяжёлое. Каменные стены тянулись вверх ровными, строгими линиями, но были украшены барельефами и гербами. В целом Драконий дворец напоминал резиденцию аристократии где-то девятнадцатого века, с холодной, сдержанной роскошью.

Снежок лежал ровным слоем на крышах, балюстрадах и широких лестницах, подчёркивая геометрию здания. Каждый наш шаг по каменным плитам отдавался глухим эхом.

По дороге нам встречались солдаты, закованные в тёмную броню. На их плащах оседал снег. Они выглядели спокойными и уверенными и не обращали на нас ни малейшего внимания.

Мы прошли через массивные ворота и оказались на длинной аллее. По обе стороны стояли статуи драконов, чьи головы и крылья были припорошены снегом.

Потом был ещё один двор — широкий, открытый, утоптанный. После этого мы вошли в здание, примыкающее к основному дворцу, трёхэтажное, строгое, которое являлось резиденцией местных чиновников и оказалось местом нашего назначения.

Рафаэль был одет в чиновничью одежду и смешную шапку, напоминающую цилиндр. Я некоторое время посмеивалась с него, когда увидела впервые. Он посмотрел на меня с укоризной и бросил:

— Не смейся, Соня, это костюм важного человека. Твой муж, хоть и мелкий чиновник, но у него большие планы и не менее большие амбиции. Я обязательно добьюсь для нас высокого положения, вот увидишь!

Он болтал со мной всю дорогу — легко и непринуждённо, и я чувствовала, что расслабляюсь рядом с ним. Всё-таки в последнее время Рафаэль открылся мне с совершенно другой стороны. Сперва он казался заносчивым придурком, а сейчас я видела в нём какого-то наивного и самоуверенного мальчишку, который в душе своей был в целом добр, просто слишком невнимателен и вспыльчив. При этом он располагал к себе искренностью, которой у него было не отнять.

Наконец мы замерли перед двустворчатой дверью, за которой, как я понимала, находилось рабочее место Рафаэля. С некоторым напряжением муж толкнул эту дверь, и на нас обернулись десятки глаз.

Оказывается, отдельного кабинета у него не было. Несколько десятков молодых мужчин в таких же забавных одеждах сидели за небольшими столами. Эти столы были завалены кипами бумаг и книг. Оказалось, что чиновничья работа здесь ничем особо не отличается от такой же работы в моём собственном мире. Разве что землянам в последнее время было проще благодаря компьютерам и интернету. Здесь же всё делалось вручную.

Я невольно посочувствовала Рафаэлю и двинулась вслед за ним. Он, приняв независимый вид, направился по узкому проходу между столами. На нас откровенно косились — причём с улыбками и даже с пренебрежением, которое я остро почувствовала.

Что происходит? Рафаэля здесь не уважают?

Честно говоря, в душе вспыхнуло иррациональное возмущение, будто мне захотелось его защитить.

Что???

Что со мной происходит? Я уже начала воспринимать его как своего человека, как члена своей семьи? Это меня огорошило. Неужели он так глубоко засел в моём сердце?

Наконец мы остановились перед небольшим столом, который ничем не отличался от остальных. Рафаэль, достав где-то ещё один стул, приказал мне присесть. Я послушалась. Он сел рядом, и по озабоченному выражению лица я поняла, что его что-то безумно беспокоит.