Книга Поваренок Марида, страница 101 – Инга Леровая

— У омежки тоже мой фирменный вихор есть, – засмеялась Марида. – А носик твой, прямой. Давай имена придумывать.

— Насколько я понимаю в комбинаторике, еще не было Мирады и Рамида, – Нейтан пошутил, но Марида не распознала, не оценила юмора.

— Нейтан, я тебе сейчас голову откушу, – разбушевалась мамочка Марида. – Дети не игрушка и не орудие мести. И ты со своими предложениями… пойдешь сейчас… отсюда. Плевала я на традиции, комбинаторику, заглавную букву Н и прочее. У наших детей будут собственные уникальные имена. Разные, без ожиданий родни и намеков на нас. Понятно?

— Топтыжка, – изумленный Нейтан поднял руки вверх, он списал вспышку Мариды на послеродовой эмоциональный откат. – Я же пошутил. Как скажешь, так и будет. Не надо нервничать.

— Ты можешь придумать имя альфе. Есть идеи? – милостиво разрешила Марида. – Что-нибудь милое, озорное. А омежку я назову. Или лучше наоборот?

— Озорное? В детстве у меня была любимая книжка, там главного забияку звали Лорис, – Нейтан переводил взгляд с одного малыша на другого. – Он был смешливый и добрый. Но шалун.

— А положительный герой в книжке был? Как его звали? – Мариде имя Лорис понравилось. Очень подходит малышке.

— Дорум. Только он был ужасным занудой.

— Альфы все занудные, – выдала Марида.

— Что? Вот оно, влияние Тиффани. Раньше ты так не считала, – Нейтану опять пришлось списать наезд Мариды на послеродовые претензии. Альфы не испытывали боли от рождения детей и омеги всегда возмущались этому факту.

— Мне нравится так, альфенок Дорум Торан и омежка Лорис Торан, – Марида залюбовалась малышами. – Решили, да? Сообщаем всем?

— Может, наоборот? – рискнул предложить Нейтан, но тотчас смирился, поймав сердитый взгляд любимой топтыжки.

— Ну все, можно ехать домой!

— Топтыжка, подожди. Надо обследоваться.

— И ты еще говоришь, что альфы не занудные. Зачем мне обследоваться, я прекрасно себя чувствую. И больничную еду есть не хочу. И надо купить еще одну кроватку и коляску большую. И...

— Марида, успокойся, я прошу, – Нейтан понизил тон и надавил голосом на свою чересчур быструю омегу. Он стал говорить медленно, отделяя паузами слова. – Ты родила сама. Молодец. Не будем торопиться. Могут быть осложнения. Сегодня ты с малышами останешься здесь. Я буду с вами. Еды тебе наготовлено на неделю. Все отметились, начиная с Акмоль и заканчивая дедом. Кроватками и колясками заняты родители. Все?

— А одежда? Я не собираюсь одевать детей одинаково! Меня это в детстве достало.

— Я позвоню и донесу твои пожелания до родителей. Все?

— Нет. Ты командуешь!

— Я буду командовать, если дело касается твоего здоровья. Сейчас ты сдашь анализы, поешь и ляжешь спать.

— А дети? Их надо покормить. Лорис и Дорума, – Марида заулыбалась, чего она в самом деле спорит.

— Корми, потом я за ними послежу.

Все-таки Римада гений, рассуждала сама с собой Марида, возвращаясь из смотрового кабинета, где у нее взяли по приказу Нейтана кучу мыслимых и немыслимых анализов. Все предусмотрела ушлая сестренка. Марида, похоже, действительно поверила, что Лорис ее дочь, потому что в крови неведомо как появились нужные вещества. Может, уколы сработали?

Состав крови подтверждал, что у Мариды и должны были родиться омега и альфа. А группы крови детей однозначно указывали, что Марида и Нейтан их родители. Глубоких исследований крови, конечно, никто делать не стал. Пока врачи качали головами, пытаясь понять, почему омега не проявилась раньше, Марида мысленно посылала сестре здоровье и надеялась получить весточку от нее.