Книга Барыня Друидка, страница 40 – Елена Шатилова

А сейчас нужно понять, как правильно заложить результат и, главное, не забыть, о чём я думала, вдруг нужно будет повторить, а я не запомнила.

Витамины С, В, Е… вспоминала этикетки и что там написано. Сложные названия веществ казались чуждыми. Поэтому я сделала проще, не стала их мысленно читать, а просто взяла целый слепок слова и пошла дальше, мозг их знает.

Мысленно прошлась по списку ещё раз и, прислонив палец у основания ветки, пустила энергию в неё. Дичь, конечно, вся это магия, но мне настолько нравился процесс, что я готова была тратить на него всё своё свободного времени, а у меня его была прорва.

Держа в голове своеобразную этикетку, я вдобавок давала установку на результат. В идеале хотелось сделать из алое средство от морщин или хотя бы сильно заживляющее. Главное, чтобы оно не вызывало мутации на коже, а то выращу мутаген, — я тихо засмеялась.

Рискну ли я его испробовать на себе? Придётся. Не Марфу же просить, да ещё объяснять, зачем мне это нужно.

Провозилась весь день, и в итоге зарядила практически всё алое. Или у меня уже объёмы энергии выросли, или я стала более тонко её расходовать. Но если проанализировать мои действия с драценой и сегодняшний эксперимент, то так и есть. В первом случае я просто вытягивала материал, грубо можно сказать, а сегодня я работала с клетками.

Ладно, утро вечера мудренее, завтра уже будет видно.

* * *

Утром я подскочила раньше обычного и буквально побежала к своим подопытным. Судя по бутонам у герани, сегодня распустится моё соцветие, у драцены же всё только развивается.

Алое. Мне показалось, что обработанные ветки выглядят здоровей остальных: цвет насыщенный, более глубокий. Наклонилась рассмотреть, по краю появился едва заметный красноватый край. Будем следить дальше. Хотелось ещё немного стимулировать, но решила не делать этого для чистоты эксперимента.

И что мне делать, цветов же нет больше?

Фикус. Вспомнила про огромный цветок высотой больше моего роста, который стоял в гостиной.

Быстро умылась, оделась и поспешила вниз. До завтрака ещё есть время, меня никто не должен побеспокоить.

Проходя мимо апартаментов родителей, услышала приглушённый голос Светланы Юрьевны.

Я остановилась и бесстыдным образом прислонила ухо к замочной скважине. Тон был не интимный, поэтому решила подслушать. И не зря.

— … в покое! — голос был возмущённый, она явно хотела поругаться.

— Как ты не поймёшь, я вынужден это сделать. Выдам её замуж и сотрём этот позор с лица нашей семьи, — процедил папаша.

— Как ты можешь, она твоя дочь⁈

— Я тебе не сказал, что она устроила на беседе с Николаем Никифоровичем. Заходил к нему намедни. И знаешь, что он мне рассказал? Твоя Екатерина угрожала убить его в первую брачную ночь.

Вот же старая вобла, рассказал-таки, да ещё и переиначил.

Светлана Юрьевна меня удивила, рассмеявшись.

— Какой позор, такое распространять о невинной девушке! Твой Николай Никифорович просто испортил воздух при ней, поэтому и выскочил как ужаленный петух. А Катя не стала его позорить. Признай, стар он для женитьбы, только народ смешить.

— Не стоит наговаривать.

— Значит, ему можно, а мне нет? Я не позволю чернить имя моей дочери! — мамаша повысила голос.

— Всё, не кипятись. В этот раз я ответственно отнёсся к кандидатуре.