Книга Хроники новуса I, страница 117 – Наталья Бутырская

— Это почему же?

— Не жалуешься, в оружейной стараешься больше прочих, но при том не уступаешь Фалдосу. Другие боятся его, а ты всё ещё упираешься. И ты вызвался помочь Эдмеру! Значит, не бросишь товарища на погибель.

Я отвернулся от Ренара, чтобы ненароком не выдать себя. Эдмер едва не сгорел по моей вине! Конечно, я должен был хотя бы попытаться его спасти.

— В следующий раз я встану против Фалдоса.

— Тогда научись подпирать дверь! — сказал я и вышел из ренаровой кельи.

Утро началось со стука в дверь. На миг почудилось, что я снова дома, в своей деревне, и тетка Филора вот-вот заорет: «Лио-ор! Ли-о-о-ор!». Пора вставать, доить коров, гнать их к стаду, таскать воду свиньям…

— Лиор! — послышался мужской голос. — Пора в оружейную!

В оружейную? Открыл глаза, а вокруг вместо почерневшего от сажи дерева серый камень. Я там, где когда-то мечтал жить — в замке. Я тот, кем когда-то мечтал стать — новус. Так отчего на душе так тошно?

Прошлепал босыми ногами по полу, убрал подпорку, распахнул дверь и лишь потом спохватился: а вдруг это ловушка? Совсем забылся из-за воспоминаний о деревне. Но за порогом не было ни Фалдоса, ни его ближников, только Ренар.

— Проспал? Так я и знал. Живее, урок скоро начнется!

Я захлопнул дверь. Скамью я вновь ставить не стал, наскоро натянул гамбезон и вышел из кельи.

— Эдмер очнулся, — сказал Ренар. — С утра я поймал слуг, велел привести лекаря, а они позвали брата Арноса. Он осмотрел келью Эдмера, сказал ему перебираться в другую. Возле моей как раз есть свободная.

Мне жуть как хотелось спать. Из-за его слов я вспомнил, что было прошлой ночью, и радости мне это не добавило. И моя глупая ошибка с кельей, и удар в челюсть Фалдоса, и извинения от Ренара.

— На кой тебе это? — буркнул я.

— Я же говорил вчера ночью. Забыл? — удивился Ренар. — Хочу, чтобы ты мне товарищем стал. Ну, в грядущих поручениях.

— Ни к чему, иначе Фалдос и на тебя въестся.

— Мне Фалдос не указ! К тому же он вознамерился встать над всеми новусами первого года, не только над тобой. Если уступим сейчас, не бывать нам адептусами. Фалдос не потерпит, чтобы кто-то был лучше него хоть в оружейной, хоть в писчей, а ведь он не блещет талантами ни там, ни там.

Мы спустились по лестнице и двинулись по пустым коридорам к оружейной зале.

— А что твой дядя? Ты вроде говорил, что у тебя дядя тут.

— До обряда верности нам нельзя говорить с другими культистами и нельзя выходить из замка. Надо дождаться обряда, и тогда я смогу встретиться с дядей.

Я хотел спросить, что это за обряд верности такой, но мы уж пришли, и урок к тому времени начался.

Всё шло, как обычно: махали палками, колотили по столбам, потом друг по другу, набивали синяки. Но через треск, топот и окрики брата Арноса до меня доносились обрывки из чужих разговоров: новусы обсуждали беду, приключившуюся с Эдмером. Никто не верил, что пожар произошел по случайности, слово «поджог» то и дело опаляло мои уши. Что будет, если они догадаются? Что, если подумают на меня? Только-только я понадеялся, что моя жизнь в культе станет лучше…

В трапезную я шел, еле дыша, словно мне предстояло вновь подняться на помост и вынести пятьдесят плетей. Против одного Фалдоса я худо-бедно могу выстоять, но против всех мне не удержаться.