Книга (Не)естественный отбор, страница 81 – Наталья Бутырская

Отец громко, так, чтобы слышала и Настина мама, стоявшая возле калитки, и местные жители, расположившиеся поодаль, спросил:

— Анастасия, вы хотите поехать с Натаниэлем?

— Нет, – выкрикнула она, не отпуская меня.

— Полагаю, на этом ваш диалог окончен. В понедельник Анастасия выйдет на работу, как и положено, но мы зафиксируем ее текущее состояние у профессионального психолога. На вечерних занятиях у нее будет сопровождающий. При малейшем изменении состояния мы подаем на вас в суд.

Эльф стоял, вытянувшись во весь небольшой рост, и молчал. Через минуту он все же открыл рот:

— Вы пойдете на нарушение контракта?

— Разве Настя что-то нарушила? – мгновенно отреагировал отец. – Она соблюдает все пункты договора. Разве что вы захотите прервать его досрочно.

Лаэлис, не прощаясь, развернулся, сел в машину и уехал.

Я осторожно спросил у папы:

— Мы выиграли?

— Не совсем, – когда отец повернулся к нам, меня поразила усталость на его лице. Они разговаривали недолго, но он так вымотался. – Скорее, временное отступление. Эльф не смог сразу повлиять на Настю, но это не значит, что он не предпримет других попыток.

— И мы на самом деле сможем подать на него в суд?

— Вряд ли. У нас нет никаких доказательств насчет воздействия на Настю. Если бы это причиняло вред ее здоровью или влияло на окружающих, то еще был бы шанс. А так, подумаешь, молодая девушка переехала или рассталась со своим ухажером. Есть еще один вариант, но…

Настя подняла заплаканное лицо и с надеждой посмотрела на папу:

— Какой вариант? Разорвать контракт?

— Нет. Боюсь, вы не сможете оплатить неустойку. В деле с Киселевой защита смогла обойти этот вопрос только за счет беременности, но в вашем случае… Сами понимаете. Другой вариант заключается в том, что психиатр скажет, что вы неспособны выполнять свою работу. Иными словами, вас признают недееспособной.

— Но это же приговор! – воскликнул я. – Так нельзя.

— Согласен. Поэтому пока начнем потихоньку собирать все материалы по вашему делу. Я проконсультируюсь с коллегами. И, Стан, вам с Настей нужно обсудить ваши дальнейшие действия.

После этого отец подошел к калитке и, подняв голову к небу, спросил:

— У тебя все получилось?

С крыши спрыгнул Гришка и протянул папин телефон:

— Все записал. Не уверен насчет звука, далековато было. Там три видеозаписи получилось.

— Молодец.

Гришка горделиво улыбнулся, потом посмотрел на сестру и сразу помрачнел:

— Вы останетесь у нас или уедете?

Отец искоса глянул на нас:

— Думаю, Стану лучше остаться на все выходные, если Лидия Васильевна разрешит, а я, пожалуй, откланяюсь. Заодно поищу психотерапевта.

Мама Насти принялась уговаривать отца остаться хотя бы на ночь, мол, время позднее, но он вежливо отклонил ее приглашение и уехал.

Это были самые необычные выходные в моей жизни.

У Насти были постоянные перепады настроения. В течение нескольких минут она могла расплакаться, рассмеяться, попросить прощения за свое поведение, швырнуть подушкой и кинуться мне на шею. Но чаще всего она сидела как каменная статуя и о чем-то напряженно думала.

Когда я пытался выяснить, что же происходит у нее в голове, она замыкалась еще сильнее.

Настина мама взяла отгулы на работе и очень старалась мне угодить, вплоть до выбора блюд на обед или ужин, от чего мне становилось крайне неловко. В конце концов, в случившемся с ее дочерью была и моя вина. Если бы я не встретил Настю и не начал приставать к ней со своими странными чувствами, то, скорее всего, эльфу бы удалось внедрить ей все, что нужно, безболезненно и незаметно. И с виду у нее было бы все хорошо.