Книга Сага о двух хевдингах, страница 64 – Наталья Бутырская

Альрик не напутал, под рукой Игуля и впрямь ходили безрунные трэли, да и рунные недалеко от них отошли, всего-то карлы. Был один хускарл на шестой руне, единственный, кто хоть как-то походил на воина, и он не пил пиво вместе с остальными людьми торговца, а что-то делал на корабле. Хмурый, темный, изредка хускарл поглядывал на пристань, где Игуль спорил с Беззащитным. Видать, приглядывал за Рябым. Я попытался заговорить с хускарлом, но тот даже отвечать не стал, прикинулся, будто не слышит. Ну и пошел в Бездну!

Я вернулся к Альрику, а там спор подходил уже к концу.

— Ладно, уболтал, злоязыкий! — вскричал Игуль, вскидывая руки к небу. — Две марки я заплачу, когда пройдем через Дёккхаф, и еще три — в Раудборге, после первого дня торговли.

— И по пути с тебя стол и все сборы, — добавил Альрик.

— Добро. Тогда третьего дня отходим, как рассветет.

— Успеешь ли припасы закупить? У меня два десятка людей, все хускарлы, и вареным зерном сыты не будут.

— Успею, — отмахнулся торговец.

Но Альрик не успокаивался.

— Что закупать думаешь? У кого? В Хандельсби нынче с едой туго, только у конунга полные закрома. Вижу, не привык ты к дальним походам, так я бы помог посчитать, сколько и чего надобно.

Я бы на месте Беззащитного с радостью переложил такие думы на другого, например, на нанимателя. Ему же сказано, сколько людей и какой силы, поди, дурить не станет. Опять же, куда он денется? Мы и числом превосходим, и рунами. Как с нами не расплатиться?

— Вот и я думаю, что в городе дорого брать, — радостно закивал торговец. — Так что соберу припасов на несколько дней, а остальное по деревням закупать буду. В деревнях оно всегда дешевле, и им тоже выгода: не надо никуда возить, сами придем и всё возьмем.

— Э нет, приятель, — усмехнулся Альрик. — Ты забыл, что нынче конец Скирирова(1) месяца. Снег еще не везде сошел. Откуда в деревнях нынче снедь на продажу? Они за зиму все подъели, только на посев что-то оставили. И скот нынче никто резать не даст. Зря что ли зимой кормили, от себя отрывали? Пойдет трава, скот откормится, приплод даст. Сейчас резать — себя в убыток вводить. Нет, парень, такое никуда не годится. Пока сам не увижу все припасы в дорогу, мы из Хандельсби не двинемся.

И снова я купился на слова Игуля. Пока Альрик всё не растолковал, я и не догадался, в чем тут обман, хотя ведь прекрасно знал, каково по весне в деревнях. У нас в Сторбаше едва ли лучше. Еще понял, зачем меня Беззащитный притащил сюда. Видать, хочет, чтоб я ума-разума набрался, поглядел на хитрые уловки торговца, убедился, что верить можно разве что слову конунга, при людях сказанное. А вот если бы не сказал он про припасы, как бы сложилось? Зашли бы раз в поселение, другой, убедились, что снедью делиться никто не желает, Игуль развел бы руками, мол, сам видишь, я уговор блюду, но не выходит никак. И пришлось бы ульверам тратить время на охоту и ловлю рыбы, да еще и Игулевых людей кормить. В конце похода он бы, конечно, прослезился от нашей доброты, обнял бы, назвал братом и, довольно потирая руки, скрылся б на Раудборгском рынке.

Как бы скучно мне ни было, все дни до нашего отплытия я ходил за Альриком хвостом, вникал в его слова, вместе с ним заглядывал в короба со снедью, нюхал пиво в бочонках, считал мешки с зерном, осматривал колбасы и вяленое мясо. А вдруг Игуль из бережливости порченое возьмет, с прозеленью? Мда, хёвдинг — это не только бежать в бой впереди хирда, но и думать, что делать до и после боя, решать, нужен ли этот бой вообще. Можно, конечно, переложить скучные хлопоты на кого-то другого, я так и делаю, но всё равно должен понимать, как и что делается.