Книга Сага о Северных островах, страница 39 – Наталья Бутырская

Это Альрик нам уже на «Соколе» пересказывал. Пересказывал и сам смеялся над пересудами людскими. На другой день к пристани столько люду пришло! Всем хотелось поглазеть на золотой корабль и живых мертвецов. Даже Мамиров жрец местный приходил, впрочем, ему хватило и взгляда на наших бриттов, чтоб понять, где тут враки, а где правда. Потолковал немного с Альриком и ушел. И дядя Фьялара приходил, подарки принес, чтоб мы не держали обиды на дурака-племянника.

Так что поручение Альрика я исполнил как нельзя лучше. Весь Мессенбю услыхал про ульверов и нашу удачу. И кое-кто даже просился в хирд, но хёвдинг сказал, что вскоре мы вернемся в город и тогда будем смотреть людей.

И на третий день мы отплыли к Туманному острову. Конечно, не ради моей жены, а чтобы поменять добычу, полученную с Йора Жеребца, на серебро, янтарь и шкуры. Ну, а заодно и за Аднфридюр.

А тут снова туман. И снова, как в прошлый раз, мы ждали ветра, чтобы разглядеть что-нибудь, даже не сам остров или скалы вокруг него, а хотя бы солнце или звезды. И ждать пришлось долго.

Два дня мы стояли на месте.

Всё оружие перебрано, заточено и вычищено, каждое подозрительное пятнышко на шлеме и кольчуге перепроверено, все разговоры переговорены. Живодер даже начал работу над узором на Альрике, для него и огонь развели в железной чаше, а нужные веточки и ножички у него с собой были. Как, впрочем, и травы для лучшего заживления ран.

Смотреть на работу Живодера и жутко, и притягательно. Как он медленно прорезает кожу, как лезвие уходит то глубже в плоть, то почти выныривает оттуда, как снимает тонкие полоски кожи, оставляя кровоточащую дыру. Часть порезов бритт оставлял как есть, некоторые грубо стягивал волосом из шевелюры самого Альрика. Кое-где втирал сажу, а в других местах делал прижигание. Беззащитный терпел молча, лишь изредка подергивал плечами и что-то шипел сквозь зубы.

Сразу и не понять, как узор будет выглядеть после заживления. Спина хёвдинга распухла, побагровела, линии сдвинулись и искривились. Но Живодер лишь радостно лопотал да прикладывал охлаждающие примочки к ранам, не давая им заживать слишком быстро. Все же резал не хускарла, а хельта. У хельтов мелкие раны излечиваются быстро, не оставляя и следа. Как бы по второму разу не пришлось кромсать.

И когда, наконец, поднялся ветер и разорвал туманную пелену, Альрик встал за прави́ло с изрезанной спиной. Это я отлежался на лавке до полного излечения. А каково хёвдингу, если от малейшего движения плечами он чувствовал боль? Поди, еще опасался, что узор расползется, и все придется начинать сначала.

Мачту мы не ставили. Истосковавшись по делу, взялись за весла и помчались к острову быстрее прежнего. Не стали ждать новых туманов.

— Остров! — сказал Альрик, когда уже начало темнеть. — Аднтрудюр, как ближе к твоим выйти?

Шурин не сразу сообразил, где именно мы вышли к острову, но потом нашел какие-то понятные одному ему знаки и указал, куда плыть.

Обычно сдержанный и молчаливый Аднтрудюр немного ожил, разговорился.

— Вот та гора, видишь? С отгорком слева. Там род Тиндюра живет. Кай к ним ходил поговорить. А вон там дальше — рыжая хмарь. Там воздух дурной, если там переночевать, можно слечь. Безрунный, скорее всего, помрет.

С превеликим трудом мы отыскали нужный заливчик, прокрались через него едва ли не на ощупь и с облегчением выдохнули, вытащив «Сокол» на берег. Оставлять корабль в воде не рискнули. Кто знает, какие тут скалы?