Книга Сага о Северных островах, страница 115 – Наталья Бутырская

И рассказал. Как мы познакомились со Скирикром, как сгорел «Волчара», как погиб Арне Кормчий, как Херлиф недолго пробыл в хирде Скирикра, и как Скирикр, желая отомстить за пустячную обиду, решил убить всех ульверов. Соврал лишь в конце. Сказал, что Альрик потребовал поединок, победил Скирикра, сжег его тело на огромном погребальном костре из рунного дома и забрал «Сокол» как трофей.

Слушатели молчали. Потом хускарл-бриттландец вздохнул и сказал:

— Да, Скирикр всегда был памятлив на обиды. Дранк!

Не сразу я вспомнил о доме с желтым кругом.

— Я видел знак солнечного бога в Хандельсби. Неужто конунг Рагнвальд позволил чужим жрецам жить здесь?

Бриттландцы даже не поняли, почему я злюсь, ведь они привыкли к сольхусам еще там, на своей родине.

— Да что такого? Пусть себе живут.

— Так ведь раньше не было! Только один сумасшедший оборванец и кричал что-то о солнце. Всего две зимы прошло, и вот уже дома чужого бога тут. В Бриттланде конунг Харальд отринул наших богов и стал кланяться кругу. Тоже ведь неспроста!

Местные норды переглянулись, и один ответил:

— Верно говоришь. Две зимы назад было так. А потом приплыли иноземные гости, преподнесли дары конунгу Рагнвальду. Очень щедрые дары всего лишь за позволение построить дом для чужого бога. Хулы на наших богов они не возводили, дали уступки для торговцев. Да ничего такого тут нет.

— Да, я как-то зашел в этот сольхус, да там скучно всё. Вон, к Мамирову жрецу зайдешь, так там сразу видно, что жрец: кости всякие, травы, обереги. А у иноземцев — только шар с позолотой. И говорит их жрец много, скучно. Руны кидать не умеет, по кишкам не гадает, пальцы не рубит, только языком молотит. К ним никто и не ходит почти.

— Так да не так, — возразил другой. — Рабы заходят, бабы некоторые тоже.

— Они и баб пускают? А разве их бог не мужчина?

— Солнце-то? Да кто их поймет, черноголовых уродов! Но бабы ходят. И не только бабы.

И лица многих нордов помрачнели. Будто что-то нехорошее приключилось. У меня аж в животе засосало от недоброго предчувствия.

Вот вроде бы сарапы и не делали мне ничего плохого. Разве что малашка та… Но такое с каждым может случиться, бабы часто выбирают не тех мужей. Бриттландский конунг выбрал иного бога? Так наши боги его изрядно наказали.

— А Мамиров жрец что сказал? Неужто смолчал? — спросил я.

Местный жрец Ворону не чета, всегда бок о бок с конунгом, суровый и мощный. Даже отрубил себе не палец-другой, а всю кисть. Такой в шалаше отсиживаться не станет, а сразу вдарит чем-нибудь тяжелым, коли солнечная дурь голову затмит.

— Он проиграл бой солнечному жрецу.

— Что?

Я с отвисшей челюстью выслушал невероятную историю о том, как прошлым летом сарапы вывалили полные сундуки всякого добра за позволение выстроить один-два сольхуса в Хандельсби. Обычно конунг позволял иноземным торговцам ставить жертвенники или изображения богов внутри их дворов. Чужие боги все равно боги, и на наших землях у них сил нет, но разумно разрешить людям молиться тем, кому они обычно молятся. Фомрир точно рассердится, если я в иных землях буду возносить хвалы кому-то другому, и лишит меня удачи. Но строить целый дом для чужого бога — это все же неправильно. Рагнвальд не успел ответить сарапам, как вмешался Мамиров жрец. Он обругал и дурней, что кланяются твариному сердцу, и их нелепую веру, и нежелание есть мясо. Сказал, что все они никчемные слабаки и растят других слабаков. Тогда один сарап предложил: пусть сразятся два жреца и не языками, а мечами. Мол, есть же у нордов обычай спорные вопросы решать боем, и боги посылают удачу правым. Если победят солнечные, то поставят сольхусы, если победит наш жрец, то сарапы отступят и уйдут. Мамиров жрец с радостью согласился. Он был на девятой руне, обладал немалой силой и к сражениям привычен. Но и сарапский жрец не уступал ему ни рунами, ни духом, ни умениями.