Книга Сага о Северных островах, страница 104 – Наталья Бутырская

Вперед!

Что-то пронзает мою кольчугу и застревает в боку. Булочка с силой толкает хускарла, Стейн вгоняет в него меч. А я чувствую, как рана затягивается на ходу.

— Стой! Хватит! Бросить оружие!

Мы замираем. И воины перед нами с ненавистью в глазах швыряют мечи и топоры под ноги.

— Мы сдаемся. Я готов дать выкуп за каждого живого воина. Отойдите! Я буду говорить с ними!

Воины расступились. И наконец я увидел Скирре, рядом с ним Альрик с мечом у его горла. У ног Беззащитного лежала женщина с окровавленным лицом.

— Кто тут хёвдинг? — закричал Скирре, пробегая взглядом по нашим лицам.

Но даже тех, у кого не было тряпок под шлемами, сложно было узнать из-за крови и грязи.

— Вы хотите мои корабли? Забирайте. Там, на кнорре очень дорогая утварь, шелка, иноземные вина. Но за наши жизни я дам намного больше! Как насчет двухсот марок? Не серебра, а золота! Двести марок золота!

Мы молчали.

— Триста марок? Этого хватит каждому на всю жизнь. И еще детям останется.

— Убить всех, кроме ярла и его жены, — негромко сказал Харальд.

Союзники набросились на оставшихся воинов. Некоторых убили на месте, других схватили и потащили в стороны. Наверное, чтобы излечить своих раненых. Ульверы не двинулись с места. Мы свои раны исцелили рунами в бою, а мелкие затягивались прямо сейчас, ведь мы все еще были в стае.

— П-пятьсот марок? Столько не у каждого ярла найдется.

Даже не у каждого конунга, как по мне.

— А жена ярла ведь не нужна? — вдруг спросил Аднтрудюр. — Я займусь ей? Альрик? Кай?

Я кивнул. У меня тоже не было ярловой жены, но она ведь старуха! Старше моей матери. У нее там, может, уже и сгнило всё давно. Или засохло.

Трудюр подошел к лежащей женщине, подхватил ее и потащил к шатрам, откуда уже доносились женские крики.

— Эй, ты тут не один! — сказал кто-то из союзников.

Шурин махнул рукой, мол, присоединяйся. За Трудюром увязалось еще с десяток воинов. Эгиль крикнул ему вслед:

— Давай! Потрудись за весь хирд.

А Скирре уставился прямо на меня.

— Кай? Тот самый мальчишка? Ты же сдох? Это всё из-за тебя?

— Как видишь, не сдох. Но это не из-за меня. Я лишь помог. Если бы ты следовал указу Рагнвальда, ничего бы этого не было.

Альрик убрал меч и отошел к нам. И вперед выступил Харальд. В его волосах стрел торчало теперь еще больше.

— Ты меня не знаешь, — сказал Косматый. — И я тебя почти не знаю, но между нами кровная вражда уже семь лет. Неожиданно, да? Скорее всего, ты и не помнишь, как семь лет назад отправил перворунных щенков на охоту в одну рыбацкую деревеньку. Она называлась Буллнавлен, Бычий пуп.

Пивохлеб, казалось, не слушал Харальда. Его взгляд застыл, а лицо побагровело.

— Скирре! Нет! Именем Орсы… Прокли…

На этом крики ярловой жены прервались. Наш суеверный Трудюр всегда боялся женских наговоров и проклятий.

— Моя жена и дети… — продолжал говорить Косматый. — Я долго не понимал, зачем нападать на нашу деревню. Из всех богатств у нас были лишь тощие козы да рыба, сети да глиняные горшки. Ни славы, ни серебра, ни благодати…

Ульверы начали переминаться с ноги на ногу. Мы все еще были в стае, и страсть Трудюра полыхала так ярко, что долетела даже до нас. Видарссон не выдержал, пробормотал что-то про баб и рванул к шатрам. За ним бочком двинулись Рысь, Эгиль и Ледмар. Только после этого нехотя я отпустил свой дар. Простодушный облегченно выдохнул.